В комнате за массивным деревянным столом уже сидел Мазини. Перед ним стояла большая чугунная посудина, над которой ароматными облаками поднимался пар. Горанин вдруг ощутил острое чувство голода и засмеялся:
- Сюда бы мою жену - она бы сразу забыла о своей диете и фигуре.
- О, это рис по-пьемонтски, - живо отозвался Мазини, раскладывая по тарелкам аппетитное кушанье. - Его готовят на бульоне, затем добавляют грибы, обжаренные кабачки, зеленый горошек и посыпают тертым сыром. Чудо, не правда ли?
Горанин с набитым ртом молча кивнул головой. Несколько минут за столом царила тишина. Затем Мазини, утолив голод, заговорил:
- Послушай, Игорь, тебе ничего не напоминает нынешняя провокация с Чезаро Росси?
- Трудно сказать, - отозвался Горанин. - Конечно, она имеет много общего с обычными методами террористов - я имею в виду покушения, взрывы, похищения…
- Она имеет и более конкретное сходство, - перебил его Мазини. - Вспомни дело Альдо Моро. Похитившие председателя Национального совета Христианско-демократической партии преступники в течение сорока дней рассылали во все газеты сообщения о том, что они выполняли задание «красных бригад». А затем вдруг выдвинули ультиматум, потребовав освободить в течение 48 часов всех заключенных-коммунистов. Это была явная провокация - попытка возложить ответственность за похищение на компартию и выдать «красные бригады» за коммунистическую организацию.
- Ты прав, Франческо, - согласился Горанин. - Ведь по подобной схеме кто-то пытается действовать и сейчас: цепь террористических актов, а затем появление фальшивки о связях «бригадистов» с коммунистами. И все это накануне выборов! Да, почерк явно один и тот же.
- И принадлежит он, я думаю, «тихим американцам» из известного тебе управления грязных дел, - добавил Мазини. - Между прочим, если ты помнишь, Моро в предсмертном послании писал, что за тем, что происходит с ним, скрывается, возможно, американское или западногерманское влияние.
- К сожалению, у нас нет весомых доказательств, что в деле с Чезаро Росси замешано ЦРУ, - пожал плечами Горанин.
В этот момент пронзительно и как-то неожиданно зазвонил телефон. Мазини взглянул на часы.
- Думаю, доказательства скоро появятся…
Ричене молча встал с массивного стула и, тяжело ступая, подошел к аппарату. Выслушав то, что ему сказали, он повернулся к своим гостям и сдержанно произнес:
- Они проехали бензоколонку. Через пять минут будут здесь.
Новенький «пежо», забрызганный до стекол дорожной грязью, лихо подкатил к мельнице и, эффектно развернувшись, затормозил у входа. Дверцы распахнулись одновременно, и из машины вылезли пять человек. Горанин, смотревший на эту сцену сквозь жалюзи окна второго этажа, сразу узнал Антонио Рицо - щегольской светлый плащ, шелковое кашне, модная прическа с «благородной» сединой на висках. Редактор «Вечерних новостей», как всегда, старательно молодился, был подчеркнуто свеж и энергичен, и только мешки под глазами да глубокие морщины, избороздившие его породистое лицо, выдавали истинный возраст.
Оглянувшись вокруг и никого не увидев около мельницы, Рицо сказал своим спутникам:
- Ребята, вы пока тут покрутитесь, можете щелкнуть пару раз, а я пойду на разведку.
Редактор направился к дверям, а журналисты рассыпались по двору. Их Горанин тоже узнал - это были репортеры и фотокорреспонденты известных правых изданий.
- Мог бы и коммунистов пригласить, - недовольно заметил Игорь. - Тем более что дело непосредственно касается их партии.
- Что? - усмехнулся Мазини. - Ты шутишь! Он же не выносит коммунистов, хотя и тщательно маскирует это крепкими рукопожатиями, обаятельными улыбками и любезными словами.
- Ладно! - мотнул головой Горанин. - Иди встречай эту «акулу пера и шакала ротационных машин».
В этот момент дверь распахнулась и в комнату с улыбкой, обнажившей ряд безукоризненных зубов, стремительно вошел Рицо. Еще с порога он раскинул руки, будто собираясь обнять ближайших родственников, однако, подойдя к Горанину и Мазини, ограничился рукопожатиями, причем с Игорем - весьма прохладным.
- Рад видеть вас в добром здравии, - объявил редактор.
- Я тоже рад, что ты в хорошей форме, - сказал Мазини с едва заметной иронией.
- Ну, когда приступим к делу? - поинтересовался Рицо, доставая из кармана массивный золотой портсигар. - Ребята внизу уже сгорают от нетерпения и давно приготовили фотоаппараты и диктофоны.
- Скоро, - ответил Мазини, а затем, взглянув в окно, спросил:
- Послушай, Антонио, кого это ты приволок на хвосте?
- Что ты имеешь в виду? - озадаченно проговорил тот.
- А ты взгляни вон туда, - Мазини указал в направлении двора.
Рицо с оскорбленным видом приблизился к окну.
