Бородач, дежуривший у «мерседеса», прикрывая отход главаря, выпустил очередь в сторону мельницы. Но стрелять ему было неудобно - Понти находился на одной линии с окнами дома. Бородач отбежал на несколько метров в сторону и снова поднял автомат.
В это мгновение Клаудио Понти увидел, как из-за каменной изгороди, находившейся за спиной его сообщника, показался ствол ружья. Он хотел крикнуть, чтобы предостеречь, но не успел. Из двухстволки вылетело облачко дыма, и бородач, нелепо подпрыгнув, рухнул на землю.
Человек, который стрелял в него, выпрямился и, обойдя изгородь, не торопясь направился навстречу Клаудио Понти. Террорист обернулся - на пороге мельницы молча стояли пятеро крестьян с ружьями в руках. Впереди - грузный мужчина с массивным лицом и седым ежиком на голове.
«Удивительно похож на Жана Габена», - подумал Понти, опускаясь на зеленую траву.
Полицейские эксперты и фотограф уже закончили свою работу. Тела двух террористов увезли в морг. Доктор сделал перевязки и уколы Клаудио Понти и Луиджи. Они пока оставались на мельнице - комиссар Вентура хотел их допросить на месте преступления.
Он уже успел записать показания владельца мельницы и крестьян, принимавших участие в отражении налета террористов, а также - Горанина и Мазини. Теперь он заканчивал беседу с Антонио Рицо.
У редактора «Вечерних новостей» оцепенение сменилось неудержимой говорливостью, и он тараторил, словно пулемет. Вентуре была знакома такая реакция на стрессовую ситуацию, и он старался ее использовать, вытянув из Рицо как можно больше сведений.
- Кому, кроме журналистов, вы сообщили о предстоящей пресс-конференции?
Рицо поморщился, но, встретив жесткий взгляд комиссара, тут же ответил:
- Я сказал об этом своему старому другу, с которым меня связывают тесные отношения.
- Его имя?
Редактор опять поморщился.
- Мне, видите ли, неудобно втягивать уважаемого человека в эту скандальную историю.
- Думаю, сейчас не время для церемоний, - перебил его Вентура. - Предупреждаю, что на вас в сложившейся ситуации падает подозрение в сообщничестве с террористами. Поэтому в ваших же интересах назвать имя этого человека.
Рицо провел языком по пересохшим губам, потом кивнул:
- Хорошо. Я скажу… Его зовут Альберто Минео.
- Банкир Минео? - удивленно переспросил Вентура.
- Да.
Комиссар задумался. В силу своего служебного положения он был знаком с общественной деятельностью и личной жизнью многих людей, занимающих видное положение в стране. В том числе у него были кое-какие сведения и о крупном финансовом воротиле Альберто Минео. Но он впервые слышал, что в круг его друзей входит редактор «Вечерних новостей».
- Послушайте, Рицо, какого рода отношения вас связывают с банкиром?
- Я же сказал: мы друзья, - с раздражением ответил редактор.
- Но вас никогда не видели вместе, - возразил Вентура.
Рицо заметно смешался, затем неуверенно ответил:
- Ну и что? Мы не афишировали наших отношений, встречались так, чтобы это не бросалось в глаза.
Комиссар испытующе посмотрел на собеседника:
- Гомосексуализм?
От возмущения Рицо даже задохнулся, его лицо покрылось красными пятнами.
- Как вы смеете?! Мы уважаемые люди, у нас совсем другие интересы! И потом, мы встречались не вдвоем, там были и другие весьма известные граждане, которые могут подтвердить, что…
Редактор внезапно споткнулся на полуслове и испуганно посмотрел на Вентуру. Тот, в свою очередь, впился глазами в допрашиваемого, а затем медленно произнес:
- Я, кажется, понял…
Рицо открыл рот, пытаясь что-то сказать, но только глотнул. В глазах его застыл ужас, который лучше всяких слов подтвердил правильность догадки комиссара.
- Я вам ничего не говорил, - наконец выдавил из себя редактор.
- И не надо, - весело улыбнувшись, хлопнул его по коленке Вентура. - Мне и так ясно! Вы пока свободны. Позже мы с вами еще побеседуем.
Затем Вентура спустился на первый этаж, где под охраной карабинеров сидели Клаудио Понти и Луиджи. Лицо последнего было очень бледно, на лбу выступили капли пота. Врач, увидев комиссара, быстро подошел к нему.
- Их нужно срочно отправить в госпиталь, - тихо, но настойчиво сказал он.
- Обоих? - спросил Вентура.
Врач посмотрел на главаря террористов, на его повязку, сквозь которую проступали пятна крови, и после некоторого колебания кивнул:
- Да, обоих.
- Хорошо, - вздохнул комиссар. Затем подошел к террористам. - Желаете что-нибудь сказать?
Луиджи даже не шевельнулся. Понти, который не спускал глаз с комиссара, кивнул:
- Хочу сделать заявление для прессы.
Вентура пожал плечами.
- Пригласите журналистов.
Через минуту в комнату ввалились репортеры, приехавшие с Рицо, сверху спустились Горанин и Мазини. Понти обвел присутствующих лихорадочным взглядом и медленно, тщательно подбирая слова, сказал:
- Я желаю заявить, что «красные бригады» не причастны к взрыву на вокзале. Мы ничего не знали об этом террористическом акте. Незадолго до него я, правда, выполнил поручение, которое мне дал один человек - установил дистанционный взрыватель на мине, предназначенной для одной из наших «колонн». Ее-то и должен был передать на вокзале Марио Коста.
