Я открыл глаза, которые последние секунды держал закрытыми. Он специально так сказал, потому что знает, как на меня повлиять или это просто догадка? Как бы то ни было, это сработало, и я медленно обернулся с кислой миной.
— Просто выбери карту, что приглянётся. — объяснил Сайло, шевеля скорее усами, чем губами.
Я с усилием опустил взгляд на стол, сжимая челюсти. Затейливый узор рубашки гипнотизировал, чем сильнее беспокоил меня. Мне вдруг почудилось, что если я переверну одну из них, то вместо масти и цифры я увижу человека с завязанными глазами, перекрестившего мечи. Вот был бы прикол, да? Внутри я нервно усмехнулся. Просто возьми любую и плевать.
Я протянул руку и задел одну из карт, но вместо того, чтобы перевернуть её, я взял соседнюю. Как только я открыл её, Сайло несколько раз подряд усмехнулся.
— Валет Пик. — сказал он, убирая руки за спину. — Как же иначе.
Я нахмурил брови и кинул на мужчину взгляд полный пассивной агрессии.
— А знаешь кто твой дядя? — вдруг спросил Сайло, ничуть не смутившись моего взгляда. — Возьми ещё одну.
Я порывисто схватил другую карту и с показательной силой шмякнул её об стол. На меня смотрел Король Пик.
— Всё верно. — ещё один издевательский, по моим меркам, смешок. — Вы одной масти. По крайней мере сейчас.
Моё сердце всё же невольно дрогнуло. Ещё один приятный намёк на нашу связь.
— А почему пока? — меня уже отпустило, я неотрывно глядел на Валета и Короля, лежащих рядом.
— Людям свойственно меняться. — просто ответил артист, прислонив бедро к тонкому краю стола. — Пики редко предвещают что-то хорошее.
Я заметил, что в зале заметно потемнело. Тучи набежали как всегда неожиданно, и небо снова помрачнело.
Сайло включил свет, и зал непривычно наполнился искусственным светом. Стол теперь казался чуть желтоватым, поблёскивающим.
— И что значит эта карта? — я ткнул пальцем в Валета.
Мужчина довольно долго изучал моё лицо.
— Как следствие моего профессионального опыта, я могу читать людей, видеть их незаметные для других стороны.
Я почему-то вспомнил Шерлока.
Карта с Валетом неожиданно оказалась в руках актёра. Теперь она блестела, отражая лучи ламп.
— Весь человек — это не одна карта. Карта показывает лишь то, что в целом сейчас он воплощает. — о, им бы с Трелони выпить чашечку чая вместе. Уверен, они найдут много общего. Но я буду действительно удивлён, если Сайло скажет обо мне то же, что та чокнутая в шали. — Ты же, судя по карте, воплощаешь легкомысленное и даже наивное отношение к своей жизни и к миру, не думаешь о последствиях.
Из меня вырвался смешок.
— Это не так. — я уставился на Сайло, широко распахнув глаза и улыбаясь, хотя за улыбкой пряталось неприятное ощущение, а уши горели, словно я сильно облажался.
— А ещё Валет Пик означает невзаимную любовь со стороны человека, к которому ты неравнодушен.
Мой взгляд отчего-то прыгнул на Короля, оставшегося лежать на столе. Тело вдруг взбунтовалось, в груди стало неприятно жечь, а глаза начали намокать. Я развернулся и уверенно направился к выходу.
— Эдвард! — окликнул меня Сайло.
Я резко развернулся, желая утопить этого кретина в море грязных словечек. Но он заговорил первым:
— Правда редко бывает чистой, а вот простой никогда. — спокойно проговорил Сайло, крутя в руках уже другую карту: Валет Червей. — Уайлд. — мужчина беспечно отправил красного Валета обратно к остальным. — Если уйдёшь, не научишься прятать свою душу от чужих, даже самых внимательных глаз.
— Это пригодится в Америке? — спросил я хриплым от комка в горле голосом.
— Это пригодится в жизни. — уже серьёзно сказал Сайло, приподнимая подбородок. — Не подпускать всех подряд к своим секретам, — понизив голос, проговорил мужчина, захватывая в плен мои глаза и уши. — к тому, что ценно для тебя — вот в чём фишка шпионов. В этом преимущество профессии актёра — запирать свою истинную сущность со всеми привычками, являя миру маску, что для них твоё лицо, а для тебя же лишь кусок материи.
Хоть мне всё ещё хотелось распсиховаться до конца, интерес потихоньку начинал перекрывать рвущееся наружу желание просто свалить к чёрту. Мне действительно могло пригодиться всё, о чём распинался Сайло. Поэтому я неуверенно, но спокойно вернул себя на расстояние шага от актёра. Неловко пожав плечами, в знак того, что я вроде бы готов учиться, я наконец-то дал рукам повиснуть по бокам.
— Хорошо. — удовлетворённо кивнул Сайло. — Начнём с простого: создай из своего лица стену. Никаких эмоций, ничего, что давало бы твоему визави хоть какую-нибудь информацию.
Я приподнял бровь, затем закатил для вида глаза, но через секунду уже расслабил лицо.
— Нет. — покачал головой Сайло.
— Что?! — недовольно воскликнул я. — Я ничего не показывал!
На окно упали первые капли.
— Ты всё равно хмуришься. — объяснил актёр.
— Неправда. — возразил я. Ничего я не хмурился, а держал мимику в полном спокойствии.
— Ты должен чувствовать каждый мускул на своём лице, чтобы его контролировать. Закрой глаза.
Я вздохнул, но закрыл, что-то буркнув.
