— Ну-ну, — он провёл тыльной стороной пальцев по моей щеке, вытирая слёзы. Затем провёл пальцем чуть выше брови. Я зашипел. На кончике его пальца оказалась капля крови. Он смотрел на неё, а потом отправил этот палец в рот. Я снова застыл в ступоре. Улыбка на губах дяди стала шире. — чувствую этот вкус. Наша кровь всегда горячее и ядовитее.
Я отвёл взгляд. Несмотря на этот выпад, Джим помог мне подняться. Я скрылся в доме, так ничего ему и не сказав.
Утро. Как же хорошо. Солнце светит в глаза и приятно греет. Мне даже на секунду показалось, что я проснулся в каком-нибудь уютном маленьком домике в беззаботный выходной, а рядом лежит лабрадор. Эта реальность мне никогда не станет доступной.
Душ продлил моё спокойное и мягкое состояние, пока я не оказался около зеркала. Шрам побледнел, но эта расщелина пылала цветом ада. Практически ровная линия над левым глазом сантиметра так три. Здорово. Я отвернулся.
Внизу Моран, который встаёт раньше всех, заваривает кофе. Я же заварил себе «Earl grey». Не то чтобы я принял во внимание совет Джима касательно кофе.
Прямиком за мной спустился босс. Весь такой ухоженный и амбициозный.
— С добрым утром, мои дорогие-е-е-е! — пропел он.
— Сегодня какой-то особенный день? — спросил, усмехнувшись, Моран. — Столько радости, словно всё британское правительство потеряло одежду прямо во время выборов.
— Очень смешно, Себби, но нет. — отмахнулся Джим.
— Себби? — начиная улыбаться, удивился я.
Моран нахмурил свои светлые брови. Джим лишь поиграл своими идеально тонкими и чёрными.
— И как ещё ты его называешь? — решил потешиться я.
Джим игриво посмотрел на меня.
— Нет, Джим, не надо! — запаниковал Моран.
— Басти. — выдал Джим и сел на стул.
Моран закрыл лицо руками.
— Ну что ты-ы-ы? — пропел с сочувствием Джим.
— Как мило. — хмыкнул я.
— Команда на пять с плюсом. — пробурчал Моран.
Мы с Джимом потопали к машине после еды. Снова в город? Снова на то здание? Джим мне ничего не объяснил, а как всегда использовал брови и глаза, чтобы напустить интригу. Меня беспокоил наш вчерашний разговор… Я покосился на дядю, думая о всех последствиях, если я всё-таки подавлю ту часть, что против криминальных делишек. Будущее не казалось мне светлым в девяноста девяти случаях из ста. Хотя что за понятия «светлый» и «тёмный»? В МИ6 они так же размыты, как и в любом другом месте. Одна проблема: у меня такое чувство, что нужно умереть, чтобы переродиться в создание подобное моему дяде.
Джим медленно повернул голову ко мне, словно прочёл мои мысли. И он улыбнулся. Я поднял бровь настолько высоко насколько смог, пытаясь отбиться от этой непонятной улыбки. Безуспешно. Тогда я решил воспользоваться ртом:
— Что ты собираешься делать? Твои ближайшие планы.
Мориарти принял моё приглашение к разговору, закинув руку на спинку сидений и повернув ко мне свой корпус.
— А ты хочешь участвовать?
Думаю, ответ «Хочу попробовать» его не удовлетворит, так что придётся начать душить светлую сторону прямо сейчас.
— Хочу. — главное — уверенность в голосе и зрительный контакт.
Лицо Джима вновь исказила улыбка, но он опустил глаза. На каком-то подсознательном уровне я понял, что он не верит мне. Чёрт.
— Хорошо.
Но он сказал «хорошо». И это «хорошо» мне не понравилось, поэтому я инстинктивно сглотнул.
— Я готов. — продолжил пытаться я. — Я докажу тебе это, Джим. И ты будешь смотреть на меня, не отрывая глаз, потому что в противном случае ты умрёшь. Вот настолько я тебя удивлю. — конечно я не сказал это вслух. Делать громкие заявления я научился пока только у себя в голове.
Тем временем Джим о чём-то думал. Я бы многое отдал, чтобы залезть к нему в голову. Как он думает?
— Я не скажу тебе, что я собираюсь сделать. — вдруг подал голос преступник. — Я хочу, чтобы ты сам пришёл к этому.
Снова? Господи…
— Ты хочешь, чтобы я с нуля воспроизвёл твои разрушительные планы? — мне начало казаться, что ничего у меня не выйдет.
Впервые я не уверен в себе. И уж тем более не самоуверен.
— Ну почему же с нуля? — хитро улыбнулся Мориарти. Он засунул руку в карман и достал по очереди три вещи: какую-то фигурку, брелок с шариком и пряничного человечка. — Выбери.
Я уставился на эти предметы с великим недоумением. Джим специально таскал их с собой, чтобы всё выглядело как в кино? А может он знал, что я снова заговорю на эту тему именно сейчас… Когда я присмотрелся, то понял, что фигурка изображала волка, на котором сверху лежала шкура овцы, а шарик оказался маленькой моделью Земли. Я поднял глаза на дядю.
— И что они значат?
Улыбка Мориарти свидетельствовала о том, что он наслаждался происходящим. Его брови весело поднялись вверх.
— Сделай выбор, Эдвард. И будешь думать об одном из моих проектов.
Я снова опустил глаза на предложенные вещицы. Это его проекты, значит? Или всё бессмысленно, потому что он меня снова проверяет? Я сжал челюсти от негодования. Вдруг в моей голове проскользнула мысль: скинуть к чёрту все эти безделушки и, схватив Джима за эту ладонь, притянуть к себе.
— Я выбираю тебя. — это должно было его удивить.
