Молодой Ленинград. Сборник второй полностью

Павлик тяжело вздыхает и, положив палку на плечо, продолжает шагать. Остановившись, прислушивается и осторожно крадется за палатку. С противоположной стороны, пригнувшись, выходят  Г а й д а р  и  Н а т а ш а.

Н а т а ш а (негромко). Часовой за палаткой!

Г а й д а р (так же). Я отвлекаю часового, ты пробираешься в штаб противника!

Н а т а ш а. Есть! (Прячется.)

Из-за палатки выходит  П а в л и к.

П а в л и к. Стой!

Гайдар быстро бежит в сторону.

Стой! Стрелять буду! (Бежит за Гайдаром.)

Наташа проскальзывает в палатку. Слышен ее голос: «Руки вверх! Выходи!» Из палатки с поднятыми руками выходит  Х о з е, за ним  Н а т а ш а.

Н а т а ш а (кричит). Аркадий Петрович, все! Противник в плену, мы победили!

Появляются запыхавшиеся  Г а й д а р  и  П а в л и к.

Г а й д а р. Молодец, Наташа! Признаешь, Павлик? Ваш командир в плену, полк разбит, мы победили!

П а в л и к. Признаю… Только ты, Наташа, не задавайся! Если бы не Аркадий Петрович, мы бы вам показали! Верно, Хозе?

Х о з е. Я… как это сказать… не очень много тебя понял… Что мы должны были показать?

П а в л и к. Ну, наложили бы им по первое число! Понимаешь?

Х о з е. Не понимаю…

П а в л и к. Победили! Мы бы победили! Понимаешь?

Х о з е. Победили, понимаю!

П а в л и к. Ну вот… В следующий раз Аркадий Петрович на нашей стороне будет, тогда посмотрим! Верно, Аркадий Петрович?

Г а й д а р. Воевали вы хорошо, друзья. (Бросается на траву.) Отдыхайте, товарищи бойцы! Полк отошел на переформировку.

Н а т а ш а. Павлик, мы сейчас твоего дядю видели. Злющий, презлющий! Чего это он?

П а в л и к. Штатский человек, что с него взять! (Вздыхая.) Пойду…

Н а т а ш а. Если конфет привез, чур на всех!

П а в л и к. Ладно! (Уходит.)

Н а т а ш а. Жарко как!.. Аркадий Петрович, а вы настоящим полком командовали?

Г а й д а р. Командовал, Наташа… Семнадцати лет… Молод был очень… Командовал, конечно, не как Чапаев… Иной раз, бывало, закрутишься, посмотришь в окошко и подумаешь: а хорошо бы отстегнуть саблю, сдать маузер и пойти с ребятишками в лапту играть!

Смеются.

Н а т а ш а. Небо сегодня синее-синее… как в Крыму! Вы были в Крыму, Аркадий Петрович?

Г а й д а р. Был, Наташа. Там наш писательский дом отдыха есть…

Н а т а ш а. И здесь?

Г а й д а р. И здесь.

Н а т а ш а. А почему опять туда не поехали? Знаешь, Хозе, как там красиво: море, горы! Верно, Аркадий Петрович?

Г а й д а р. Красиво. Но скучаю я всегда по здешним местам. Где мой пруд? Где мой луг? Где вы, цветики мои простые? Ау! Нету… А море, конечно, это красиво… И горы тоже… Но на Альпах, скажем, мне, ей-богу, делать нечего! Залез, посмотрел, ахнул, преклонился и потянуло опять к себе! Родное, оно всегда дороже, Наташа!

Появляется  П а в л и к.

Н а т а ш а. А где конфеты?

П а в л и к. Дядя Витя еще у Ирины Сергеевны…

Г а й д а р. Да что у вас тут произошло?

П а в л и к. Да ничего, Аркадий Петрович! Я на посту, а он со мной разговаривает…

Г а й д а р. А ты?

П а в л и к. А я молчу. Ну вот он и разозлился.

Гайдар смеется.

Н а т а ш а. Учитель называется! Устава не знает.

Г а й д а р (строго). Устав ему знать необязательно. Ладно, Павлик, не огорчайся, я с твоим дядей поговорю.

П а в л и к. А я не огорчаюсь.

Г а й д а р. О чем задумался, Хозе?

Х о з е (вздрогнув). А? Смотрю на небо. Очень синее сегодня. Как у нас в Испании…

Наташа и Павлик переглядываются.

П а в л и к (быстро). А знаешь, Хозе, Чкалов-то уже в Америке!

Х о з е. Уже?

П а в л и к. Ага! В газете сейчас прочитал… Там и фотография есть. Самолет стоит, а у самолета Чкалов, Байдуков, Беляков и еще какие-то в шляпах.

Х о з е. А разве газету принесли?

П а в л и к. Принесли.

Х о з е. Я сейчас… (Убегает.)

Н а т а ш а. Эх ты!

П а в л и к. Что «эх ты»?

Н а т а ш а. Он сейчас телеграммы про Испанию прочтет, а фашисты на Бильбао наступают, а там у него сестра!

П а в л и к. Так я телеграммы не успел прочесть… То есть я читал про Гвадалахару, а про Бильбао не успел!

Н а т а ш а. Не успел! (Убегает.)

П а в л и к. Вы посмотрите, что делается, Аркадий Петрович! Советская экспедиция на Северном полюсе на льдине дрейфует! Чкалов из Москвы в Америку без посадки летит! В Испании война с фашистами идет! А я в лагере загораю и манную кашу ем. Разве не обидно?

Г а й д а р. Ничего, Павлик, успеешь…

П а в л и к. Я бы пробрался к самому генералу Франко, в самый главный фашистский штаб… Его бы в плен, все секретные бумаги с собой и айда!

Г а й д а р. А если схватят?