— Так и знал, — сказал эльф, пряча кинжал в ножны, — нет, Антон, тебе не быть судьёй, если ты не можешь исполнить приговор, который ты назначаешь. Поэтому сейчас я решаю, какое наказание понесёт человек, потому что я готов действовать и тебе стоит этому научиться мальчик, иначе ты просто умрёшь. Такие как он убьют тебя, пока ты будешь размышлять над приговором.
— Натаниэль, успокойся, — чуть повышая голос прервал его Широнис, — зачем ты пугаешь мальчика?
Натаниэль зло усмехнулся и посмотрел на стоявшего в углу комнаты друга:
— Как ты понимаешь, Шир, я же не смогу быть вечно рядом и помогать ему, он должен научиться бороться со своими врагами сам, решать судьбы — это его предназначение.
На моём лице, как и на лице Широниса отразилась крайняя степень удивления. Мы поражённо смотрели на сжимавшего рукоять кинжала Натаниэля:
— Объясни, — прохрипел я.
— Антон, я видел твоё будущее, — сказал эльф после недолгого раздумья, — несколько вероятностей твоего будущего. И поверь мне, если ты не будешь следовать моим советам, то тебя ждёт не самая сладкая судьба.
— Натаниэль, — не дал мне сказать ничего Широнис, — как же ты не понимаешь!
Он почти закричал и подошёл к эльфу, беря его за плечо.
— Будущее, Натаниэль, это путь, который никогда и никому не будет известен, даже тебе, великому магу, любимцу судьбы. И то, что ты делаешь, может привести совсем в другую стороны, ты ожесточаешь его. Не мешай, наша жизнь и так слишком несправедлива, она ещё успеет сломать ему зубы.
— Лучше это буду я, чем кто-то другой, — не сдавался Натаниэль.
Я снова хотел выразить своё мнение, но меня вновь прервали, раздался требовательный стук в дверь.
Варвара — мелькнула в голове у меня шальная мысль, и я опрометью бросился открывать.
— Стой, — сдавленно крикнул ещё не остывший эльф, но было слишком поздно. За дверью стояла совсем не наёмница. За ней оказался недавний знакомец эльфа — Арор Воин. Был он одет по-дорожному, на плечи был накинут серый плащ, из-под плаща торчали ножны, с удивительным клинком.
Как только дверь отварилась, то глаза Арора удивлённо распахнулся, он так и замер на пороге разглядывая то происходившее в комнате. У самой двери стоял разочарованный я, сразу у меня за спиной стояли Натаниэль держащий в руках мою шпагу и Широнис, сложивший руки в странный жест. Рядом с ними на стуле сидел Лин привязанный к стулу, при этом с полностью отсутствующим взглядом и Разум, видимо, начал его покидать, поэтому он сидел и что-то тихонечко бормотал себе под нос.
— Я надеюсь, что получу объяснения увиденному, — наконец спокойно сказал Арор, — иначе мне придётся сообщить об этом происшествии.
— Ах, это вы, Арор, я ждал вас ещё вечером, возникли трудности? — убирая шпагу начал говорить эльф.
— Возникли мелкие трудности с разбойниками, их стало слишком много, а разъездов стражей — слишком мало. Так что тут происходит?
— Это длинная история, Арор, и у нас совершенно нет на неё времени, скажу лишь одно — в городе завелись прислужники тёмного и нам надо их уничтожить и спасти людей.
— С этого и нужно было начинать, — в голосе Арора внезапно появились ледяные нотки, — когда выдвигаемся?
— Скоро, примерно за два часа до рассвета, так что можете перекусить, одна из служанок на кухне всегда дежурит. А Антон составит вам компанию и обо всём расскажет.
Я удивлённо посмотрел на Натаниэля.
— Ему можно верить, Антон. Пожалуй, ему можно верить даже больше чем мне.
Арор кивнул, как бы подтверждая его слова, и больше не глядя на Лина и на присутствующих вышел из комнаты, ожидая меня:
— Пойдём, Антон, я тебе расскажу, почему мне можно верить больше, чем кому-либо.
— Так почему я могу тебе доверять большем, чем кому бы то не было? — когда Арор насытился, спросил я.
— Потому что я не способен на предательство, — просто он ответил он, — понимаешь, в том мире, из которого я прибыл слово имеет великую силу и если ты однажды дашь его, то нарушить никогда не можешь, по крайней мере, моём ордене. С самого детства на нас накладывается заклинания, которые делают нас неспособными на подлости и предательство.
Я заинтересованно посмотрел в лицо Арору, пытаясь определить о чём он думает. В ответ на меня спокойно смотрели его светлое-голубые глаза.
— Это великая жертва, — покачал я головой, — люди могут использовать таких как ты, просто связать нерушимой клятвой, и воин не сможет отказаться от слова, это же ужасно.
Арор кивнул, соглашаясь с моими словами:
— Да, часто встречаются ужасные люди, которые хотят нас использовать. В этом мире их гораздо больше и очень трудно найти достойных людей. Натаниэль Кариэльский — один из самых достойных, я много слышал о нём, а когда он предложил мне работы, а потом пришёл и поговорил со мной, то я понял, что всё самое хорошее, что о нём говорят — правда.
— Арор, как давно ты в этом мире?
В глазах воина что-то мелькнуло, широкие плечи его опустились, голова поникла.
