В этот же день Алевтина Сергеевна, как старшая сестра, бывшая учительница и начальник отдела министерства в поздравительном предновогоднем письме младшему брату Евгению давала ему пространный совет:
А вечером Платон узнал, что и база ВВС США в ливийском Уилус-Филд будет ликвидирована до 30 июня 1970 года.
— Ну и дура! Уж дочери Сталина как могло быть плохо у нас? Совсем зажралась! Зато мне теперь по четвергам без Насти как хорошо стало!? — на следующий день, раньше всех жителей квартиры возвратясь домой с работы, смаковал Платон своё временное одиночество.
В этот вечер он, не тратя время на ужин, а пользуясь отсутствием дома Насти, включил радиолу в комнате Олыпиных, поставив пластинки с наиболее ритмичной музыкой, начав с песен испанского певца Рафаэля. Ему уже давно очень понравился рок-н-ролл, и он наедине с собой иногда для разрядки от домашних учебных занятий пробовал различные ритмичные движения, быстро поняв, что этот танец даёт значительную физическую нагрузку и полную психологическую разрядку.
Поэтому ему было непонятно гонение на этот и другие танцы, якобы тоже растлевающие советскую молодёжь.
Но музыкальный слух Платона и чувство ритма не позволяли ему танцевать рок-н-ролл, как это делает основная масса людей. Этот танец он исполнял бы в более высоком темпе и в более жёстком ритме, но именно этим не хотел выделяться из толпы.
Дома хорошо отработав многие движения, он всё равно стеснялся на людях показывать своё мастерство, предпочитая танцевать лишь мысленно, про себя, и молча, лишь замечая промахи и непопадания в такт музыки многими другими танцующими.
Зато, попав в такт зачётной недели, Платон 26 декабря легко сдал и второй зачёт, на этот раз преподавателю Фёдорову по Основам взаимозаменяемости. Лишь после этого он узнал, что накануне израильская армия провела крупную военную операцию против египетских войск в районе Суэцкого канала.
Вечером он узнал, что в ночь с 24 на 25 декабря израильтяне провели операцию, в ходе которой с верфи французского порта Шербур были угнаны в Израиль пять торпедных катеров типа «Ягуар», последних из, заказанных у Франции и оплаченных Египтом, катеров.
На следующее утро субботы 27 декабря Платон начал готовиться к посещению в этот день свадьбы подружки Насти — Галины Беляковой, жившей неподалёку в доме № 24 по улице Ленина. Та пригласила их, как минимум, в качестве ответного шага на посещение их свадьбы, но возможно, что Платона и с другой целью.
И хотя Настя уже готовилась к выписке из больницы, но на свадьбу подружки всё равно не успевала.
А Павел, пользуясь отсутствием жены, опять специально поменялся дежурствами в своей воинской части, чтобы потом все дежурные субботы проводить с Настей.
Платон и Олыпины подготовили молодожёнам один общий подарок — красивый чайный сервиз, заблаговременно купленный на Кировской Петром Петровичем. Теперь дело оставалось за букетом цветов, за которым надо было ещё съездить до Курского вокзала. Поэтому уже с утра Платон спешил. После завтрака он сначала не только тщательно побрился, но и вне графика помылся и надушился, подготовил костюм и поехал за цветами. И в гости к Беляковым он пришёл вовремя, поздравив молодых и вручив им цветы и подарки от себя и Насти с Павлом.
Женихом Гали стал, отслуживший в армии, Дмитрий Яковлевич Кучер, родившийся 21 октября 1947 года и учившийся с Платоном в одной школе, а теперь в заводском техникуме и работавший в шестом цехе. Он был весьма симпатичным, черноволосым и кареглазым. Его крупные, чуть широко посаженные, тёмно-карие глаза сразу приковывали к его лицу внимание, преходящее в любование. Платону он уступал лишь в росте.
