Подгорный наблюдал за широким мостом, по которому медленно двигались тяжелые грузовики с промышленными материалами. Грузовых гравитолетов нигде не было видно. Наверное, им запрещалось находиться в пределах столичного града. За несколько дней пребывания на Новой Русе он ни разу не видел небоскребов, многоквартирных домов да и вообще скученности населения. Планета казалась слабонаселенной. Однако он знал, что это не так и также знал, что в Русской Империи предпочитают селиться в частных одно-, двух-, трехэтажных весьма просторных домах. За эти дни он сделал еще одно наблюдение. В Екатеринаславе было много храмов. Белокаменных, древних, с яркими разноцветными куполами. На фоне городских построек храмы выглядели настоящими гигантами. Как и всякого иностранца Подгорного удивляло и то, что Новая Руса была одним из немногих миров Русской Империи, которые дозволялось посещать чужеземцам. Империя издавна была закрытой для жителей иных галактических держав, а в столичном мире иностранцам запрещено нарушать 'черту пребывания' – своего рода зону отчуждения. Существовали такие зоны и во всех закрытых мирах; зоны отчуждения охватывали территорию вокруг коммерческих космопортов, экипажам иностранных торговых и пассажирских судов было запрещено нарушать пределы зоны, поэтому вся космофлотская братия оседала в припортовых гостиницах, рядом с которыми имелись привычные им бары, таверны и прочие подобные заведения, где можно и выпить в веселой компании, и устроить добрую драку, и даже найти подружку. Подгорный знал, что портовые проститутки работали по контрактам, все они, ну может за редчайшим исключением, не были подданными русской короны, прилетая в империю за 'длинным рублем'. Вне пределов зон проституция в империи отсутствовала как явление.
– Приготовьтесь, – сказал Хертвиг и активизировал блокировщик. – Кажется, у нас появились сопровождающие.
– Хвост?
Отражение в салонном зеркале улыбнулось.
Резкий маневр вдавил Подгорного в сидение. Гравитолет резво свернул и влился в нижний поток движения.
Посмотрев на задние мониторы, Подгорный увидел, что то же самое сделали еще два одинаковых гравитолета черного матового цвета.
– Я так и думал, – бросил Хертвиг, – пристегнитесь получше.
Едва эмиссар успел застегнуть ремень безопасности, как Хертвиг резко бросил машину вниз, почти на уровень садовых деревьев и крыш домов.
Какое-то время преследователи не появлялись, затем один из них возник сверху, другой в сотне метров позади.
Послышался приглушенный грохот выстрелов, это открыли огонь из заднего гравитолета. Подгорный посмотрел назад. Из верхнего люка салона преследователя по пояс высунулся человек и целился в его восьмерку из автомата.
Забарабанила очередь. Пули разбили задний плекс и наделали дыр в переднем сидении рядом с водителем.
– Возьмите оружие!
Хертвиг кинул пистолет через плечо.
– Но как вы смогли провезти его через пограничников и таможню?
– Сейчас не время об этом. Постарайтесь убить стрелка!
Подгорный сбросил ремень безопасности и снял оружие с предохранителя. Нормально прицелиться не получалось. Он дважды безрезультатно выстрелил.
Хертвиг бросил восьмерку практически к самой земле, резво свернул между двумя трехэтажными особняками. Задний преследователь не ожидал этого и на некоторое время потерял их. Зато из верхнего гравитолета был открыт плотный огонь. Несколько пуль прошили салон спереди. Одна из них попала Хертвигу в голень, срезав пласт кожи.
Хертвиг бросил машину в другой пролет между домами, но их преследователь, как оказалось, ожидал подобного и сразу навис сверху. Еще одна очередь повредила антигравы. Гравитолет начал терять высоту.
Хертвиг оказался классным пилотом, практически не имея тяги, воздушная машина не рухнула вниз, а вспорола брюхом подворотню. Несколько испуганных пешеходов поспешили скрыться в подъездах муниципальных зданий.
– Быстрее вылезайте! – бросил Хертвиг и выпрыгнул наружу.
Подгорный последовал за ним и с удивлением уставился на султанчики, заплясавшие у его ног. Телохранитель сбил его в прыжке и прижал к земле своим телом. Но новых выстрелов, к счастью, не последовало, стрелок потерял возможность вести огонь.
Второй гравитолет пошел на повторный заход. Из боковых дверец высунулись двое боевиков с автоматами, но прежде чем они открыли губительный огонь, Хертвиг швырнул шефа за корму поврежденного гравитолета, а сам едва успел уйти от пуль.
Подгорный с оцепенением наблюдал, как срикошетившие пули пронеслись рядом и ощутил в плече сильное жжение. Ощупав его другой рукой, он увидел кровь и лишь тогда почувствовал боль.
Тем временем, один из черных гравитолетов высадил группу боевиков в нескольких десятках метров. Другой разворачивался для нового захода. От огня его стрелка гравитолет эмиссаров загорелся. Хертвиг открыл прицельный пальбу в ответ и убил водителя. Завалившись на бок, машина врезалась в бетонные плиты подворотни, развалилась на куски и вспыхнула.
– Бегом в подъезд, сейчас рванет! Они стреляли зажигательными, чтобы выкурить нас.