- Думай, что ты делаешь, Клегги, - внушительно произнес он. - Неужели ты надеешься этим запугать того, кто уже столько всего потерял? Глазом или ухом меньше - велика ли важность?… А ты все-таки ответь мне, хеймнар. Ты ведь и так мертвец. Мертвец с того часа, когда кто-то тебя пометил. Скажи, кто это был? Может, и мне этот человек неприятен так же, как тебе?
Ивар продолжал говорить по-норвежски, но выговаривал слова четко и внятно, так что англичанин смог уловить знакомые сочетания.
- Это сделал ярл Сигвард, - ответил Вульфгар. - Ярл с Малых островов, так они его называли… Но мне хочется, чтобы ты кое-что зарубил себе на носу. То, что со мной сделал Сигвард, я в точности исполнил с ним. Нет, не в точности - с большей выдумкой. Он достался мне в болотах близ Эли - если ты и впрямь Рагнарссон, ты хорошо должен помнить это место. Я обтесал его, как полено, - он смог умереть только тогда, когда ножу не над чем было больше работать. И знай: что бы ты сейчас со мной ни сделал, только осрамишься…
Он вдруг изрыгнул из себя плевок, плюхнувшийся прямо на сапог Ивару.
- И такая кончина уготована всем вам, безбожным варварам! Мне же это будет великим утешением. Ибо умирать вы будете в страшных муках. Для вас уготована одна прямая тропа - навечно жариться в Преисподней… А я буду взирать на вас из Neorxna-wang, из Долины Праведников, и радоваться тому, как исходят волдырями ваши тела. Вы же будете умолять меня дать вам сделать крошечный глоточек эля из моего кубка, чтобы на мгновение увлажнить иссохшую гортань. Но и я, и Бог скажем вам «нет».
Вульфгар не сводил с Ивара своих голубых глаз, упрямо выдвинул вперед нижнюю челюсть. А Ивар вдруг задрал голову и громко расхохотался, затем словно вспомнил о кубке, что держал в правой руке, и осушил его до последней капли.
- Ладно уж, - сказал он, - если ты решил так сурово со мной обойтись, я отвечу тебе так, как учат ваши христианские книги: отплачу тебе добром за зло!… А ну-ка, бросьте его в эту бадью!
Поскольку викинги, похоже, оторопели от неожиданности, Ивар сам нагнулся и перерубил лямки, крепившие туловище и культи Вульфгара. Следующим движением он ухватил его за перевязь, вытащил из ящика и, в три могучих шага преодолев со своим грузом расстояние, отделявшее его от королевской бадьи с элем, свалил хеймнара внутрь. Оказавшись в бочонке в четыре фута высотой, до краев заполненном сотней галлонов пива, Вульфгар заметался, запрыгал как поплавок, заколотил по поверхности останками своих конечностей, поскольку нижние культи, по-видимому, не доходили до дна бочки.
Ивар возложил руку на голову Вульфгара и оглядел присутствующих взглядом учителя, собирающегося показать несколько наглядных опытов.
- Ответь мне, Клегги, - произнес он, - чего более всего боится человек, которого так изувечили?
- Беспомощности…
Ивар надавил на голову.
- Пусть вдоволь налакается! А то он все надеется на свою загробную жизнь… Но ведь лучше все делать заранее, коли есть возможность.
Несколько викингов покатились со смеху. Кое-кто кликнул приятелей. Дольгфинн изобразил на лице ухмылку. Ни особой доблести, ни славы в том, что происходило, он не видел. Тем более - drengskapr. Одна надежда, что это утешит сердце Ивара…
- Дай ему выплыть! - крикнул он. - Может, он теперь смилостивится над нами и угостит глоточком эля, когда прибудет на Небеса…
Ивар сгреб мокрые волосы Вульфгара и приподнял его голову над краем пены. Тараща подернутые ужасом глаза, хеймнар бешеными хрипами втягивал в себя воздух. Похоже, Ивар заставил его пожалеть о кичливых посулах. Наконец хеймнар перекинул одну из культей поверх края бадьи и попытался лечь на него грудью.
Неторопливыми движениями Ивар сбил культю, спихнул хеймнара и пристально посмотрел в его глаза, на сей раз - как лекарь в глаза больному. Потом удовлетворенно кивнул и еще раз надавил на голову.
- Вот теперь ему стало страшно… - пояснил он стоящему рядом Клегги. - Он еще попробует с нами поторговаться, вот увидишь. Не нравится мне, когда они перед тем, как издохнуть, норовят меня унизить. Нет уж, пусть сами расквасятся…
- Да все они в конце концов сопли распускают! - довольно скаля зубы, произнес Клегги. - Точно как бабы…
Ивар рывком погрузил голову еще глубже.
Шеф повертел в руке предмет, переданный ему Уддом. Он находился в обществе соотечественников: то были освобожденные рабы - и катапультеры, и воины с алебардами. Отдельной группкой стояли люди, набранные Уддом для воплощения его замысла. Они-то и выковали полоски гнущейся стали.
- Видишь, господин, - сказал Удд. - Мы сделали, что ты нам велел. Вот пластинки - каждая длиной в два фута. Ты сказал нам - попытайтесь устроить из них луки. Мы сделали на обоих краях надрезы, приладили тетиву. На тетиву пустили нити из скрученных кишок - надежней не бывает!
Шеф кивнул.
- Только натянуть ее вы не сможете…
