- Итак, Ивар, - наконец промолвил Шеф. - Ивар и его машины… Мы не вправе отмахнуться от них и бросить все силы на юг. Ибо Ивар теперь укрепится. Мерсийцы остались нынче без своего Бургреда, но они поспешат выбрать себе нового короля, чтобы тот поскорее заключил мировую с Иваром и спас бы королевство от разорения. Ивар согласится, зато разживется у них и деньгами, и людьми - как в свое время позаимствовал у Йорка его серебро и науку. Не своим же умом он дошел до этих машин… А значит, мы должны дать ему бой. Это будет мой бой с Иваром. Я знаю, что мы с ним две нити одного спутанного узла, и, чтобы развязать его, одну из них придется разрезать… Что же до тебя, король… - Скипетр тем временем перекочевал в левую руку Шефа. Свирепые лица вперили в ярла свой властный и непреклонный взор. - На твоих плечах лежит забота о твоем народе. Не лучше ли тебе покинуть нас, собрать войско и повести его против твоих врагов? Каждому из нас суждено пройти через свою битву. И каждый будет сражаться в ней так, как научился. Пусть же христиане бьются с христианами, а язычники - с язычниками! А потом, если на то будет общая воля твоего бога и наших богов, мы вместе поведем эту страну к процветанию.
- Быть по сему, - промолвил Альфред, и кровь снова хлынула ему в лицо. - Я сейчас же соберу людей и выступлю часом позже.
- Отправляйся с королем, Лалла, - приказал Шеф старшине отряда алебардщиков. - Ты тоже, Озмод, - обратился он к командующему катапультерами. - Проследите, чтобы король не имел недостатка в лошадях. Путь у него не короткий.
Оставшись с их уходом единственным англичанином в Совете армии, Шеф тут же перешел на плавный поток норвежской речи, приправленной галогаландским выговором, что заимствовал он у Бранда…
- Только хватит ли у него умения, чтобы одолеть франков? Расскажи, Бранд, что ты о них слышал.
- Нашего-то умения ему хватит, если он не зря здесь время тянул… По франкам надо бить тогда, когда они не ждут, лучше всего - когда костры погасят. Что там говорить - не выпотрошил ли этот волчара Рагнар, недоброй памяти, в те годы, когда отцы наши молоды были, все барахлишко из их главной крепости? А потом еще обложил короля франкского данью!… Но если только молодой король вздумает с ними воевать английским умением, когда солнце в зените и герольды раструбили на сто миль вперед о походе… - Бранд недоверчиво фыркнул. - Когда еще жив был мой дед, франками правил великий король Карл - Карл Великий, Шарлеманом они его звали. Он заставил покориться самого Годфрида, короля датского! Франки, если им дать развернуться, всех могут порубать… И знаешь почему? Потому, что они сражаются, не слезая с коней. И вот однажды, как гром среди ясного неба, налетят ястребы в седлах - подпруги подтянуты, волосы на конских бабках заплетены, или как там они их называют… Я, благодарение Тору, не наездник, а моряк - корабли, по крайней мере, на ноги тебе кучу не навалят… Но вот когда такой денек настанет, я бы никому не пожелал встретиться с ними в чистом поле. Если же Альфред захочет воевать с ними по-английски, то он наверняка именно этого дня и дождется…
- С одной стороны - конница, с другой - адские машины, - медленно промолвил Гудмунд. - Есть от чего аппетит потерять…
Члены Совета затаили дыхание, ожидая, чем ярл ответит на эту дерзкую выходку.
- Первым делом займемся Иваром и машинами, - сказал Шеф.
Уже не первый день по изумрудным лугам центральной Англии устало брели два диковинно выряженных человека: Альфгар, танов сын, любимчик одного покойного короля, и Даниил, облаченный в сутану, но лишенный причета епископ. Оба чудом унесли ноги от Иваровых конников после разгрома под Эли, более того, исхитрились сохранить при себе дюжину стражников и запасы денег и съестного, позволявшие им без особых тревог добраться до Уинчестера. Но вот тут-то и обрушились на них невзгоды.
