– Она скоро рухнет, – заявил какой-то фермер. – Жителей Портервилла предупредили?
– Да, – ответил шеф Хартман. – Констебль Моси передал предупреждение полиции. Копы уже эвакуировали людей из зоны наводнения.
– Что еще за зона? – спросил Стив. – Проклятую долину зальет доверху. А шоссе разрушено, портервиллцы не смогут добраться сюда…
– Некоторые смогли, – заметил мэр. – Сотни три, плюс-минус. По проселочной дороге. Завтра, думаю, еще подтянутся.
– Многовато будет чужаков, – произнес Рэй Кристофер.
Люди заговорили вразнобой – кто-то соглашался, а кто-то возражал.
Зейц постучал по столу, призывая к порядку.
– Давайте проясним, с чем имеем дело. Сенатор, вам удалось раздобыть хоть какую-то информацию?
– Одну минуту. – Джеллисон встал и обошел вокруг библиотечного стола, затем уселся на край (подобная неофициальность всегда хорошо срабатывает).
– У меня приличный коротковолновый приемник. Мне известно, что радиолюбители пытаются выходить на связь. Но я ничего не поймал, кроме атмосферных помех. Не только в любительских диапазонах, но и на коммерческих, даже на военных частотах. Это свидетельствует, что атмосфера не пропускает радиоволны. Электрические бури. О причине догадаться нетрудно, – усмехнулся он и выразительным жестом указал на окна, за которыми, как по сигналу, сверкнула молния.
Сейчас, правда, они сверкали реже, чем на протяжении всего дня, да и гром грохотал с перерывами.
Однако молний было столько, что люди перестали их замечать.
– И соленый дождь. И землетрясения, – произнес Джеллисон. – Последнее сообщение из ЛРД, какое я услышал, было: «Молот ударил». Мне бы хотелось поговорить с кем-нибудь, кто находился в горах в тот момент, но и я могу утверждать: Молот действительно ударил – и не слабо. В этом-то не сомневайтесь.
Присутствующие промолчали. Они уже были в курсе. Люди надеялись выяснить нечто иное, но не обманывались. Здешние фермеры и бизнесмены были тесно связаны с землей и погодой: ведь они жили в предгорьях Высокой Сьерры. Им и прежде приходилось сталкиваться с бедствиями, и тогда они плакали и кляли все на свете, отсиживаясь в своих домах. Теперь их беспокоило, что делать дальше.
– Сегодня вывезли из Портервилла пять грузовиков с едой и хозинвентарем и два – с бакалеей, – проговорил Джеллисон. – Кроме того, у нас тоже имеются запасы – в местных магазинах. И то, что хранится в ваших амбарах. Не сомневаюсь, что остальное вы сможете сделать своими руками или вырастить.
Послышался гул голосов.
– И надолго это, сенатор? – спросил какой-то фермер.
– Может, и навсегда, – ответил Артур. – Думаю, на годы. Мы предоставлены самим себе.
Он умолк, чтобы люди прочувствовали его слова. Они в большинстве гордились тем, что ни от кого не зависят. Разумеется, несколько поколений назад такая ситуация изменилась, и собравшиеся были достаточно умны, чтобы все понимать. Однако им требовалось некоторое время, чтобы осознать, как сильно они зависят от цивилизации.
Удобрения. Племенной скот. Витамины. Бензин и пропан. Электричество. Вода. Ну, сначала особых проблем с ней не будет. Медикаменты, лекарства, бритвенные лезвия, прогнозы погоды, семена, корма, одежда, боеприпасы. Перечень можно продолжать бесконечно. Даже иголки, булавки, нитки…
– В нынешнем году хорошего урожая не собрать, – заметил Стретч Толлифсен. – Мои посевы уже пропадают.
Джеллисон кивнул. Фермеру пришлось помогать своим соседям со сбором помидоров, и его жена сразу же постаралась засолить те, что достались им: не пропадать же добру. Сам Толлифсен выращивал ячмень, и вот этой-то культуре точно не пережить лета.
– Я хочу спросить: будем ли мы держаться вместе? – сказал Артур.
– Что значит «держаться вместе»? – уточнил Кристофер.
– Совместно владеть тем, чем мы располагаем, – ответил сенатор.
– Так вы про коммунизм, – враждебно буркнул Рэй.
– Нет, я о кооперации, сотрудничестве. О милосердии, если угодно. И об управлении тем немногим, что у нас есть, во избежание расточительства.
– Похоже на коммунизм…
– Заткнись, Рэй, – Джордж Кристофер встал. – Сенатор, я согласен с вами. Нет смысла тратить остатки имеющегося у нас бензина, сажая то, что все равно не вырастет. Или скармливать остатки соевых бобов скотине, которая скоро загнется. Вопрос в том, кто будет решать? Вы?
– Кто-то должен, – вымолвил Толлифсен.
– Не в одиночку, – добавил Джеллисон. – Мы изберем совет. Хочу подчеркнуть, что мое положение лучше, чем у кого бы то ни было из собравшихся, но я охотно поделюсь…
– Конечно, – проговорил Кристофер. – Но с кем конкретно, сенатор? Вот главный вопрос. Как далеко мы зайдем? Будем пытаться прокормить Лос-Анджелес?
– Чушь! – вырвалось у Тернера.
– Почему? Они заявятся сюда – по крайней мере, те, кто сможет добраться! – воскликнул Джордж. – Лос-Анджелес, Сан-Хоакин и то, что осталось от Сан-Франциско… Не все, кто там живет, но очень многие! Три сотни за прошлую ночь – а это только начало. Долго еще мы будем пускать чужаков на нашу территорию?
