По руке стекала кровь и капала на пол, но ему было плевать на это. Когда Крот утих окончательно, он повернул голову к тетке.
— Дай угадаю… — сказал он. — Ты — Бо?
Тетка торопливо закивала.
— Хочешь жить, Бо?
— Х-х-хочу…
— Ну, не знаю! Ты как-то неуверенно отвечаешь!
Ведра с грохотом упали на пол, вода расплескалась.
— Хочу! Очень хочу!
— Тогда слушай меня, Бо… Я сейчас отсюда выйду, а ты останешься здесь, и будешь сидеть тихо ровно час. Потом можешь идти куда захочешь. Выйдешь раньше — мне придется тебя убить. Ты поняла меня, Бо?
— П-поняла…
Тогда он посмотрел на ошарашенного грила.
— Приятель, ты со мной, или останешься здесь вместе с Бо? Она — так себе компания, особенно для грила.
— Единый Разум! — воскликнул грил. — Я даже теперь и не знаю… А нас не убьют?
— Будешь держаться рядом и не дурить — не убьют.
— Тогда я с тобой…
Он усмехнулся, немного приоткрыл дверь и осторожно выглянул наружу. Во дворе кроме лошадей уже никого не было, а вот из дома доносились голоса и хохот. Убрав руку с ножом за спину, он вышел наружу, быстро прошел вдоль стены, пригибаясь под окнами, а когда дошел до помещения, из которого доносились голоса, то остановился и осторожно заглянул в окно.
— Что там? — тревожно спросил грил из-за спины.
Он сразу одернул голову от окна.
— Там около восьми сапиенсов, сидят за столом. Едят и пьют… Ты умеешь драться, грил?
— Да как тебе сказать, человек… Помнится, в детстве я здорово отлупил одну девчонку в нашей песочнице. Ух она и орала…
— Девчонку? Ты мне сразу не понравился, грил.
— А я вообще мало кому нравлюсь. И меня это обижает… Может, мы все-таки не пойдем внутрь? Просто украдем у них лошадей и убежим.
— Лошади уставшие, далеко мы не убежим… Этот вопрос надо решать сразу и навсегда… Хорошо, оставайся здесь, я справлюсь сам.
— Но их там восемь!
— Значит, мне придется напрячься…
Он еще раз заглянул в окно. Нет, не восемь. Девять. Что ж, совсем как в прошлый раз, в той заварушке у Багровой Излучины. Их тоже было девять, и все это были бывалые воины с оружием в руках, а не какие-то пьяные работорговцы…
Он вскочил на крыльцо, открыл дверь и быстро скользнул внутрь. В первое мгновение никто ничего не понял, и он знал, что именно так и будет. Поэтому не стал тратить времени понапрасну. Стремительно подошел к столу, сразу вогнал нож в горло сидящего к нему спиной неандера и одним рывком выдернул у него из ножен меч. Хороший такой меч, удобно в руке лежит. По тяжести — с самый раз…
Одним ударом этого меча он отправил на пол сразу двоих, визжать и искать кровью. Секунду спустя один разбойник — кажется, это был Бобер — вскочил на ноги и тут же лишился головы, но почему-то так и остался стоять, придерживаясь за стену.
Удар влево, удар вправо, укол вперед. Шмель, с перемазанной жиром мордой, уже опомнился. Запрыгнул на стол и швырнул в него огромную деревянную кружку. Он легко отбил ее мечом в сторону, схватился за край стола и рванул его вверх. Зазвенела и загрохотала посуда, падая на пол. Шмель с диким воплем завалился на спину, а через секунду у него в брюхе уже торчал клинок. Оскалившись, Шмель вцепился в него руками, с изрезанных ладоней потекла кровь. Тогда он немного провернул меч вокруг своей оси, расширяя рану.
— Тише ты…
Шмель сразу обмяк.
Остался последний. Этот — из приезжих работорговцев, хлипкий такой на вид человечек. Бородка козлиная, усики тоненькие, а глазки испуганные-испуганные. Ручки свои худенькие сразу вверх задрал и заголосил:
— Я ни при чем! Я ни при чем! Не убивай меня, я просто хозяин фургонов, меня наняли, чтобы доставить груз! Не убивай…
Он едва ли не плакал, настолько ему не хотелось умирать. Тогда он опустил меч и подошел к Бобру, который так и стоял без головы, придерживаясь за стену. Толкнул кулаком в плечо, и Бобер сразу же рухнул. Из шеи его, пульсируя, все еще выплескивалась кровь.
Он неспешно прошелся по комнате, то и дело бросая хмурые взгляды на хлипкого хозяина фургонов. Тот уже откровенно трясся, зубы его клацали. Некоторые тела на полу едва заметно копошились, в агонии должно быть. Но добивать их не имело никакого смыслы, они все равно уже были мертвы…
— Какой здесь поблизости крупный город? — спросил он, старательно вытирая меч о чей-то труп.
— Поблизости?.. — Клац-клац-клац — слышно, как стучат зубы хозяина фургонов. — Поблизости нет крупных городов. Но за пару дней можно добраться до Уис-Порта…
— Это на севере?
— Да…
— Это хорошо, это мне подходит… Ты знаешь, как туда проехать?
Хлипкий сразу закивал.
— Знаю! Но двигаться придется вдоль опушки, чтобы не встретиться с арахнусами…
— Имя!
Хлипкого затрясло пуще прежнего, лицо его сморщилось так, словно он собирался разрыдаться.
— Чье, мастер⁈
— Твое, идиот!
— Гнут Лимос, мастер! Гнут Лимос!
— Слушай меня, Гнут Лимос… Сейчас я тебя убивать не стану. Взамен ты доставишь меня до города, и если все пройдет гладко, то не убью и в Уис-Порте… И может быть даже заплачу тебе золотом.
— Спасибо, мастер! Вы очень хороший человек!
