1 |00738 В старинном замке на песке Сидели с девушкой Мариной Какой же замок не старинный?! И только лишь одно в виске Сомнение Свербило маленькою точкой: Марина-девушка – не дочка ль Моя?1 |00739 Вот щас бы прямо на Канары Иль на Майорку! – А на нары? Как насчет нар? — Ну, это завсегда1 |00740 В вагоне спят Даже до пят Заплаканная спит дитятя И прочие пять-шесть ребят Как мелкий выводок опят Раскинувшися на полати Спят, крепко, спят, словно в кровати Как только в раннем детстве спят А я – все это мне некстати От дней невинных октябрят Не сплю в вагоне я, как спят Дитяти<p>Из последних</p>2006ПредуведомлениеВот, кажется, что если писать, писать, а потом (ну, не знаю когда, имеется, конечно, в виду совсем иное время и пространство, так сказать, инопространство) заняться сжатием всего написанного в одно, скажем, слово, тяжестью прямо-таки как та первоматерия в момент предельного ее сжатия до Первичного взрыва. И что? Ну, будет, конечно, нечто невероятной плотности и почти невозможности для потребления. Это идея предельного шедевра. Но исчезает время, бытие, хрупкость, мерцательность, растворение, самостирание, что, собственно, и есть основное содержание поверх словесного содержания. Мы, собственно, об этом.
1 |00741 Приходит изредка фашист Потом фашист приходит чаще Порой заросший, как из чащи Лесной Но чаще – выбритый и чист Порою даже не фашист Но просто выбритый и чист А то, бывает, как из чащи Лесной1 |00742 Кричит ворона, жаждет крови Сверкает глазом антрацитным Но я к ней подхожу с любовью Неприкровенно эксплицитной И говорю: Послушай зверь Все непонятно здесь, но верь В разумную Предрасположенность Всего1 |00743 Бабочка с огромным бивнем Мечется под теплым ливнем Лето, полдень и июнь И вдруг – пламя! вдруг – огонь Опаляющий И бабочка Бивень Ливень Лето Полдень Июнь Огонь Опаляющий1 |00744 Где дворник землю поскребет Там что-то и произойдет Глядит – оно и появляется Как некое Иисчез Ает Но на мгновенье расслабляется — Оно в момент и исчезает И опять зима Надолго1 |00745 Вот сидят в саду больничном Я разглядываю их — Выпивают на троих И вполне себе прилично Закусывают На меня так взглянут быстро — Что вы, что вы, я здесь просто Мимо проходил1 |00746 У нас в деревне Симон-волхв Да сколько вот мы ни просили Он нам в ответ лишь: Ах да ох! Поскольку потерял всю силу А я пришел и говорю: Вот вам река, но к январю Лед станет И стало1 |00747 Георгий, сколько дважды два? Георгий плачет, он не хочет Подсчитывать, но вот едва За дверь я – он уже хохочет Своим веселым чем-то занят Детским А как же я тогда узнаю Сколько будет дважды два1 |00748 Креветки в соусе чесночном И рядышком бокал тактичный Конечно, очень экзотично Хотя, конечно, и не очень По нынешним-то временам Когда все флаги в гости к нам Ресторанные 
