Это было больше, чем я мог выдержать. Внезапно в моих глазах потемнело, и я потерял сознание. Я очнулся, лежа на полу в своем кабинете. В кресле никого уже не было, а в окна пробивался рассвет. Я посмотрел на часы – было пять утра. Кресло напротив письменного стола было подвинуто так, как я поставил его накануне. Я поднялся на ноги. Несмотря на все происшедшее, чувствовал себя не так плохо. Схватил телефон – он работал, как будто ничего не произошло. Тогда я бросился в спальню. Магда спокойно спала. Я разбудил ее, перепугал невнятным рассказом. Сначала она испугалась, потом успокоилась (всю ночь она спокойно проспала, ничего не видя, не слыша, не чувствуя), потом – рассердилась, сказав, что я слишком много выпил на банкете. Вот, собственно, и все. Утром я схватил рукопись (я хранил ее в сейфе, в спальне) и отнес сюда, где спрятал в тайнике. Всю дорогу до музея меня преследовало какое-то смутное, необъяснимое ощущение ужаса… Как будто я не пережил его полностью, и пережить его мне еще предстоит.
Отогнув одну доску от стены, Славский вынул оттуда металлическую шкатулку с навесным замком, отпер, поставил на стул. В шкатулке находилась рукопись.
– Вы должны мне рассказать, как эта вещь попала к вам!
– Совершенно случайно. Я и еще двое людей набрели в лесу на монастырь, которого не существует, ночевали в постелях, которых никогда не было в реальности, потом я встретил женщину – призрака и она подарила мне рукопись, а после этого я и двое моих спутников до рассвета сражались с монстрами – озверевшими призраками монахинь, пока моя знакомая из потустороннего мира не открыла мне дверь в стене! Ну, как? Достаточно для сумасшедшего дома?
– Вполне! И если бы не рукопись, которая реально существует…. Я бы решил, что вы меня разыгрываете.
– Где вы нашли этот не существующий монастырь?
– В лесу. На дороге, по которой возят экскурсии по замкам.
– Я знаю этот маршрут. В той местности бушевали долгие междоусобные войны. Может, здесь (профессор указал на рукопись) мы найдем ответы на все вопросы?
– Вы перевели рукопись?
– К сожалению, только часть. Это не полностью язык катаров. Это шедевр филологической хитрости, настоящее сплетение языков. Вначале я растерялся. Слова не существовали ни в одном языке. Каждое слово написано разными буквами. Но потом я понял, что это – головоломка. Автор рукописи хитро запутывал следы. Комбинировал слово буквами из разных языков, используя за основу язык катаров. Здесь переплетены арамейский, латынь, греческий, иврит, арабский, катарский и почти забытый язык некоторых палестинских племен. Чтобы перевести только оно слово, я потратил три дня, полностью забросив все свои дела. Впрочем, впоследствии работа пошла быстрее. В результате я перевел несколько первых фраз, когда на следующей странице меня ждал огромный сюрприз! Вы видели эту рукопись полностью?
– Нет. Не успел посмотреть.
– Тогда смотрите! – профессор вынул рукопись, открыл вторую страницу и показал ровный текст, написанный одинаковыми буквами, в форме диалога.
– Вы знаете этот язык?
– Нет. Впервые вижу.
– Это латынь. Самая обыкновенная латынь!
– А диалог?
– Это не диалог, а протокол допроса! Да, молодой человек, это настоящий протокол допроса инквизиционного трибунала! Когда я прочитал это, я был просто в шоке! Откуда автор рукописи могла взять такие документы?
– Могла?!
