– Прочитать ее невозможно. Она написана на языке, который не существует. На языке, который никто не смог бы прочитать. Есть один знакомый специалист….. Он изучает древние языки. Если он не сможет – никто не сможет. Но результат будет известен только через время…
– А эта женщина… ты ее больше не видел?
– Нет. Она не приходила ко мне ни разу с тех пор.
– Знаешь, я все время думаю, зачем мы там оказались? И почему из всего автобуса замок выбрал только нас троих? И почему часы показывали одно и то же время? А телефоны, которые не работали? Почему все это произошло?
– Я не знаю. Очевидно, здесь есть какая-то тайна.
Оба замолчали одновременно. Потом врач посмотрел на часы:
– Я опаздываю – мне пора в больницу. У меня сегодня дежурство. Я не скажу им ни слова, если они снова придут. Позвони мне, если вдруг появится что-то новое. Мы ведь союзники, правда?
– Хорошо. Я позвоню.
После ухода врача он подошел к телефонной кабине и набрал номер:
– Профессор Славский? Вы перевели мою рукопись?
В голосе профессора звучало нетерпение, которое невозможно скрыть:
– Немедленно приезжайте в археологический музей! И ничего не говорите по телефону! Приезжайте немедленно! Прямо сейчас!
Окна депутатского кабинета выходили на Тверскую. Но от дневного шума мегаполиса кабинет надежно защищала современная звукоизоляция, а так же плотные шторы, задернутые наглухо – несмотря на то, что было два часа дня.
Казалось, здесь остановилось время. На позолоченном столе из мореного дуба тлел тусклый фитилек свечи. Огарок черной свечи, установленной в плоской чаше из белого китайского фарфора, бросал рассеянный свет.
В кожаном кресле, опираясь обеими руками о стол, сидел человек, неотрывно смотревший на огонь. Мало кто узнал бы в нем недавнего именинника, шумно празднующего свой юбилей в казино. Черты его лица заострились, приобрели жестокую решимость, острые глаза из-под нахмуренных бровей горели нехорошим огнем. Не отрываясь, он смотрел на тонкий язычок пламени, словно хотел вобрать его в себя.
У порога раздалось робкое покашливание. Там стоял, вот уже десять минут не решаясь войти в кабинет, помощник депутата – тот самый солидный молодой человек в золотых очках, который уверенно распоряжался в казино насчет солидного банкета.
– Ну, войди… – не отрываясь от огня, скомандовал начальник, и молодой человек робко приблизился к столу.
– Прикажете зажечь свет? – робко произнес депутатский помощник. В тоне его, так же, как во внешности, было что-то очень лакейское.
– Вечно ты пристаешь с какими-то глупостями! – рассердился человек, сидящий за столом, – какой другой свет нужен, если есть огонь? Огонь – основа всего сущего! Соль и смысл земли! Он готовит пищу, согревает теплом и уничтожает лживую человеческую плоть, посмевшую восстать против своего создателя! Он очищает пламенем веры тех, кто пытается оскорблять то, что не понимает. Очистительное пламя – вот основа жизни! Людей все время нужно очищать от скверны, заползающей в их гнилые души! Кто еще справится с великой миссией, как не огонь?
И, видя, что помощник почтительно молчит, повторил:
– Огонь – основа всего сущего.
– Философ… – помощник робко кашлянул – кашель его происходил явно от страха, – был какой-то древний философ, который считал, что огонь – основа всему….
Начальник бросил на него косой взгляд, чуть наклонив голову, и посоветовал даже ласково:
– Заткнись, а?
Помощник сжался от страха еще больше. Даже кашель прекратился – вместе с речью. Начальник понял это, поэтому изменил тон:
– Ладно. С чем пожаловал?
– Так это… Как с начальником охраны быть? Друга вашего….покойного?
– Он допрошен?
– Допрошен. Ребята над ним поработали. Клянется, что не знает, кто его шефа убил!
– Работаю с идиотами! При чем тут это? Кто еще знает о книге?
– Ну, старообрядцы… И тот американец, что священника сжег.
– Американца к черту, он далеко! Все равно он ничего не понял. А старообрядцев придется сжечь.
– как это? – растерялся молодой человек.
– как, как…тупица! Очистительным пламенем! Пошлешь одного из наших учителей. Он все и устроит.
– Понятно. А….кого послать?
– Нет, точно тупица! Да уж не того, кто в других местах наследил! Думать головой надо, а не другим местом! Да, кстати. Насчет других мест. Еще раз узнаю, что со срамными девками по ночным кабакам валандаешься – пойдешь на костер!
– Простите…. Больше не будет такого!
– Простите! Не будет! Мы стоим за чистоту, вот и блюди чистоту, как положено! Тебе ясно?
– Но…
– Учти: сомнение – от врага. Если ты сомневаешься – значит, ты враг нашей веры. А раз так – ты мой личный враг.
– Я все понял! А как с начальником быть?
– Никто не должен знать о книге! Ясно тебе? Никто! Начальника придется казнить. Он где у вас содержится?
– На базе, за городом.
– Вот и хорошо. Казнить завтра на рассвете.
– Показательно?
