За столиком в ожидании ужина они пустились в разговоры о живописи. Дайнека рассказала о том, что видела на выставке. Влад дал себе волю и стал рассказывать о любимых картинах. Он говорил красиво, без запинки, как экскурсовод в Русском музее.
Постепенно разговор о картинах сошел на нет и перешел на убийство Велембовского.
– Представь себе, – проговорила Дайнека. – После всех экспертиз его монеты признаны подлинными.
– Монеты – ерунда. Убийцу нашли?
– Нет. – Немного помолчав, Дайнека сказала: – Вот ты сказал: ерунда, а у меня из-за этих монет неприятности.
– Серьезно?
– Абсурдная ситуация. Следователь считает, что я должна знать, откуда они взялись.
– А разве ты не купила их у Велембовского?
– Он или не верит, или думает, что я припрятала остальное.
– А было что-то еще?
– Как выяснилось – было, – кивнула Дайнека. – Об этом знают всего трое: я, Вешкин и отец. Ты – четвертый.
– Кто такой Вешкин?
Дайнека не стала вдаваться в подробности и только сказала:
– Приятель отца.
– А как стало известно, что есть еще что-то кроме монет?
– Про это сказал Шнырь.
– Кто такой Шнырь?
– Приятель Велембовского. Он видел у него резные бляшки, витой браслет с головой льва и гребень. Велембовский прятал эту «бижутерию» под половицей в своей комнате.
– Послушай, – сказал Влад. – Если он видел, как старик прятал «бижутерию», значит, в тайнике и в самом деле могло что-нибудь заваляться.
– На том месте взломали пол, и я сама провалилась в эту дыру.
– У старика могло быть несколько тайников.
– Комнату в общежитии ему дали недавно. Туда он переехал из высотки на Кудринской.
– Обмен нельзя назвать равноценным, – заметил Влад.
– Черные риелторы оставили Велембовского живым – и то хорошо. Спустя несколько месяцев его «нахлобучили» еще раз – переселили за МКАД.
– Странная история…
– Он сильно пил. В этом все дело. – Дайнека посмотрела в окно: – Во-о-он там во дворах стоит его дом!
– Не понял.
– Дом под снос, где был убит Велембовский.
– Никогда бы не подумал, что в самом центре Москвы творятся такие ужасы.
– Хочешь посмотреть?
– Да ну его на фиг! – воскликнул Влад, но потом согласился: – А впрочем, давай!
Припарковав машину на улице, они углубились в квартал и приблизились к фасаду неосвещенного дома.
– В соседнем доме сидит сторож, – тихо проговорила Дайнека. – Нужно быть осторожнее.
– Темно… – Влад огляделся. – Здесь все и случилось?
– Жаль, что входная дверь закрыта. Могла бы показать тебе ту дыру.
– Зато на первом этаже есть окно. – Влад указал на окно с выбитыми стеклами.
– Хочешь влезть? – заговорщицки прошептала Дайнека.
– Раз пришли, почему бы и нет? – сказал Влад и с восхищением взглянул на Дайнеку: – Каждая наша встреча – как укол адреналина. Сначала драка, потом – мертвый дом, и всё за один вечер. – Он подошел к окну, сцепил руки в замок и пригнулся: – Лезь первой, я подсажу.
Дайнека наступила на его сцепленные кисти, подтянулась за карниз, и Влад втолкнул ее наверх.
Усевшись на подоконнике, она протянула руку:
– Тебе помочь?
– Я сам.
Немного попыхтев, он влез в окно. Дайнека включила на телефоне фонарик и осветила его костюм.
– Теперь только выбросить.
– Плевать, – ответил он и спросил: – Куда дальше?
Ступая по спрессованной пыли и битому стеклу, они прошли к лестнице, поднялись на второй этаж. Шагая по коридору, Дайнека освещала фонариком каждую комнату. Отыскав комнату старика, испуганно проронила:
– Господи…
– Что? – Влад сунулся в комнату, но тут же резко подался назад: – Да тут все разворочено!
Дыра, в которую провалилась Дайнека, оставалась на месте, но доски вокруг нее были содраны.
– Здесь что-то искали, – сказала она. – И я знаю что.
– Идем посмотрим, что в других комнатах.
– Ну уж нет! – Дайнека схватила его за руку и потащила к лестнице. – Зря мы сюда пришли! Пожалуйста, давай отсюда уйдем!
Быстрыми шагами они направились к лестнице и спустились на первый этаж, но когда сошли с лестницы, по глазам резанул яркий свет, и прозвучал грозный оклик:
– Стоять! Буду стрелять!
Не сговариваясь, они замерли и подняли руки, словно сдаваясь в плен.
– Кто такие?! Чего ищете?!
Уловив в голосе знакомые интонации, Дайнека несмело поинтересовалась:
– Дядя Митя?..
– Я…
– Это же я, Дайнека. Вы обещали поспрошать про Шныря и мне позвонить.
– Ты ли это? – Сторож посветил ей в лицо и, узнав, заключил: – Опять ты.
– Отпустите нас, дядя Митя. Мы только посмотрели.
– Пришли бы днем – сам бы провел. Зачем по ночам шатаетесь?
– Ехали мимо, зашел разговор…
– Делать вам нечего…
– Простите, что побеспокоили.
– Ладно, идемте. Выведу вас на улицу, не в окно же опять сигать.
– Дверь-то забита.
– Для кого забита, а для кого – заперта. – Подсвечивая дорогу, дядя Митя вывел их из дома во двор. – А я смотрю, свет в окнах мелькает. Ну, думаю, опять забрались. На днях кто-то пол повскрывал. И как я проглядел?..
– Дома скоро снесут, – проговорила Дайнека.
– Жду не дождусь. Их сторожить – собачья работа.
– Чего за них беспокоиться?
– А ну как полыхнет? Вокруг – жилые дома. Бомжей нынче развелось, только отвернись – уже влезли. Иные костерок разведут. Не-е-ет, здесь нужен пригляд.
– А вы мне так и не позвонили, – напомнила Дайнека.
