Во главе группы стоял высокий мужчина с густой, местами седеющей бородой. За ним по оба плеча стояли двое молодых мужчин, сложенных словно по подобию старшего. Вокруг них плотной группой стояли плечом к плечу, облачённые в броню воины. Хотя очевидно было что они исполняли роль охраны, Ронта отчётливо чувствовал — это простая формальность. В реальном бою от их силы начальной стадии Адепта здесь было бы мало толку.
На груди троицы красовался небольшой витиеватый герб — лук и стрела, чёрные на желтом фоне.
— Итак, пожалуй теперь самое время начинать сегодняшний аукцион! — ещё громче заговорил мужчина на сцене, обращаясь снова ко всем присутствующим, — И спешу вас заранее заверить что сегодняшние лоты не оставят равнодушными никого из вас!
За его словами последовали жидкие аплодисменты, причем доносящиеся откуда-то из-за сцены. Не дожидаясь пока они стихнут, на сцену тут же вкатили маленькую тележку, накрытую тканью.
— И первый наш лот сразу же разбудит аппетит многих! — сказал ведущий и работники тут же сняли ткань. Под ней ровным рядом стояло несколько мутных склянок. На каждой из них кривыми буквами было выведено одно слово.
"Злобное"
Это были его, Ронты, зелья.
Вернее, так он подумал с самого начала, как только впервые увидел. Они выглядели ровно так же, были такого же цвета и даже наклейки на них до боли напоминали те, что он сам делал.
Но почему его зелья теперь продают с аукциона? Они больше не нужны местной банде? В этом Ронта сомневался. Но могла быть вторая причина, о которой он до сего момента не мог и подумать. Кто-то скопировал его работу!
Вероятность этому всё ещё была мала, но Ронта не ставил себя выше других. Этот мир был для него чужим, а в чужом мире не стоило быть слишком высокомерным, даже если ты единственный Алхимик.
"Не хочется верить в то, что кроме меня сюда занесло ещё кого-то из моего мира. Скорее всего, если зелье не моё, то над ним постарался какой-то очень талантливый аптекарь."
В немом удивлении он смотрел как цена за его творения быстро росла. Вместо двух фунтов в конце концов зелья ушли какому-то торговцу по шесть за каждое. Отбросив мысли о собственном кошельке, который давненько так не пополнялся, Ронта молча продолжил наблюдать за представлением.
Сразу же после зелий на сцене оказались другие лоты, — в основном части снаряжения и оружие. Некоторые из них выглядели весьма сносно, парочка клинков даже показалась Ронте неплохими, но на этом всё. Некоторые из трофеев, что он отобрал у мёртвых наёмников в лесу, были ничем не хуже. Глядя, как десятки наёмников наперебой борются за эти дорогущие куски стали, он только молча высматривал что-то полезное для себя.
К счастью скоро это закончилось. Последний из мечей, один из лучших к слову, ушел за несколько десятков арианов какому-то человеку в капюшоне. Среди присутствующих таких было много, едва ли не четверть, так что ни он, ни сам Ронта в этой толпе нисколько не привлекали внимания.
— Итак, поскольку оружейные лоты на сегодня подошли к концу, то и меня пришло время сменить коллеге! — объявил мужчина на сцене и быстро ретировался. На его место с небольшой заминкой поднялась молодая женщина, на вид не старше двадцати пяти лет.
Она выглядела очень опрятно и, даже можно сказать, изысканно. Глядя на окружающую её серую обстановку, освещаемую множеством факелов и масляных ламп, она была среди этого всего как цветок среди болота. Это невозможно было не признать.
— Приветствую вас, дорогие авантюристы и торговцы! Сегодня я представлю вам несколько невероятных лекарственных трав! Как аптекарь, я могу лично ручаться за качество каждого из следующих лотов! — объявила она, при этом пройдясь взглядом почти по всей публике.
— Ах, Лайла совсем не уважает аристократов! — воскликнул кто-то со стороны не очень громко.
Повернувшись на голос, Ронта обнаружил нескольких оживлённо болтающих наёмников. Судя по оружию и снаряжению, они были едва ли сильной группой и похоже не очень удачливой. Задержав на них взгляд буквально мгновением, он снова вернулся к сцене, но обрывки фраз таки продолжали долетать до его ушей.
— А ты бы на её месте уважал? Она же сама была среди них, пока не получила Клеймо. Говорят, в самой столице его получила!
— Не мели чуши! Как бы она тогда в город вошла с Клеймом? — спросил один из наёмников, стоявший просто неподалёку.
— Ничего я не мелю, сам приглядись, — он указал на сцену. Девушка там энергично вещала, как и прежде, но только теперь Ронта заметил, что её правую руку от середины предплечья до локтя скрывает толстый серебристый браслет. В свете факелов его едва ли было легко разглядеть.
"Неужели, она прячет под ним своё клеймо? Такое же, как у Саи?" — подумалось Ронте. В отношении изгоев он до сих пор знал слишком мало, а узнать чего-то нового было не от кого. Но то что он знал заставило его задуматься о статусе этой молодой женщины. Особенно, если она действительно была изгоем.
