Из подворотни выбежал человек – с лицом, перекошенным от ужаса, промчался мимо нас. Вслед за ним из подворотни выбежали четверо с охотничьими обрезами и, прицелившись, открыли стрельбу. Одна из пуль разорвала несчастному спину, бросая тело на асфальт. Подойдя к раненому, преследователи выпустили в него еще парочку патронов. Я съежилась, сдерживая себя, чтобы не закричать.
– Подождем, пока они уйдут, и быстро пробежим вон туда, через арку, а там еще пару метров – и мы уже у моего племянника дома. Не бойся! Меня тебе сам Бог послал. – Таксист показался мне добрым и открытым человеком.
Мужчины еще немного попинали бездыханное тело, выкурили по сигарете, минут десять поболтали и затем скрылись, свернув за угол дома.
– Пора, – скомандовал таксист.
Быстро выхожу из машины и, стараясь не отставать, бегу за таксистом. Миновав арку, сворачиваем направо и затем, обойдя дом, заходим в ближайший подъезд. Лифт не работает, и нам приходится подниматься на девятый этаж пешком.
Таксист несколько раз позвонил в дверь, обитую кожзамом.
– Есть кто? Михаэль, открывай, свои. – Он еще раз постучал кулаком по двери.
Набираю номер отца. Долго идут гудки, затем запускается автоответчик.
За дверью послышались шаги, и что-то щелкнуло, проворачивая скрипящий замок. Дверь приоткрылась. На пороге появился парень лет двадцати с рыжими волосами ярко-огненного цвета.
– Почему так долго? – буркнул таксист, переступая через порог.
– Ты не видишь, что творится? – спросил парень, и его голос показался напуганным.
– Мама спит?
– Да.
– Познакомься, это Марго. Если ты не против, мы у вас заночуем, пока там все не успокоится.
– Какой-то ужас, – Михаэль жестом предложил пройти в небольшую гостиную. – Присаживайтесь, не стесняйтесь.
– Видишь, я говорил, что нам будут рады. Это дом моей сестры, а это ее сын, – таксист повернулся к племяннику: – У тебя есть что-нибудь поесть?
– Да, сейчас подам ужин, я только его приготовил.
– Настоящий хозяин. Ладно, ты пока посиди, – он обратился ко мне, – а я проведаю сестру.
Оставшись одна, достаю телефон и открываю «Фейсбук». Лента забита прямыми эфирами. Толпы разъяренных людей вышли на площади больших и малых городов. Наугад запускаю видео.
– Свергнем богов, свергнем богов, свергнем богов! – скандирует толпа на незнакомой площади с мраморным шпилем. Незнакомец разворачивает на себя камеру, затем громко кричит, перекрикивая толпу: – Засуньте в жопу себе глобализацию, мы сегодня придем к вам в дом, и где бы вы ни были, вам уже не спрятаться. Мы найдем каждого из вас, ваших детей, внуков, всех близких и дальних родственников. Всех тех, кто решил, что за счет других вправе построить личный рай. Нам известно каждое имя, каждая ваша подпись. Молитесь, твари, мы будем вас рвать! – И он в бешенстве закричал на камеру так яростно и злобно, что я выронила из рук телефон.
В комнату вошел Михаэль с большой пиалой куриного бульона.
– Жесть! Я уже посмотрел это видео.
– Тебе страшно? – спрашиваю, поднимая выпавший из рук телефон.
– Конечно, я же не идиот и прекрасно понимаю, чем все это может закончиться. Если они вырежут элиту, то мы даже оглянуться не успеем, как скатимся в каменный век, – Михаэль поставил на стол пиалу с куриным бульоном. – Я согласен, что нужно все менять, но только не так радикально.
Михаэль оказался очень милым и воспитанным парнем. В раннем детстве он потерял отца и с тех пор живет один с лежачей мамой. Михаэль ухаживает за ней, покидая ее только тогда, когда нужно идти на занятия в университет.
– На каком факультете ты учишься? – спрашиваю, ложкой зачерпывая теплую жидкость.
– Законы нейронной сети.
– Как все сложно!
– На самом деле, Марго, все просто. Главное – не пропускать занятий. Надеюсь, что буря за окном скоро утихнет и мир вернется в привычное русло. В конце семестра меня ждет защита курсовой, я писал ее целых шесть месяцев. Будет очень обидно, если окажется, что некому принять защиту, – он иронично улыбнулся.
– Что за тема?
– Взаимодействие молекулярных потоков.
– Совсем непонятный язык. Михаэль, для меня ты как космонавт, – я смеюсь: этот парень начинает мне нравиться.
Вдруг за окном прогремел оглушительный взрыв такой силы, что посыпалась штукатурка и содрогнулись стены со звоном разбитого стекла.
– Дорогая! – закричал таксист, выскакивая из комнаты.
Запускаю в телефоне поиск последних событий. Нажимаю на видео с надписью «Бадабум». Сотни людей разбегаются в разные стороны. Взорван многоэтажный элитный дом. Прогремел взрыв такой силы, будто сбросили авиабомбу в несколько мегатонн.
– Что же вы делаете, сволочи! – закричал женский голос.
– Суки, получите, горите в аду! – в бешенстве заорал разъяренный мужчина с цепью в руках.
Михаэль встал, отряхивая с себя штукатурку.
– Как в семнадцатом году, история повторяется. Нужно придумать что-то с окнами, – он внимательно изучил остатки стекла в оконных рамах. – Два треснули, а вот это придется чем-то закрыть. Поможешь? – он посмотрел на меня и, не дожидаясь ответа, направился в прихожую.
