Моя машина с визгом останавливается, я разворачиваю её против всяких правил, и гоню, что есть мочи, обратно. Набираю 911, слышу свой голос, он на английском спокойно, сдержанно сообщает оператору адрес, группу крови, и на вопрос, «причина вызова» отвечает «попытка суицида, скорее всего вскрытие вен, но возможно и таблетки …».
Вскрытие вен? Какого чёрта, что происходит? Моя душа едва поспевает за моим разумом. Я гоню машину так быстро, как только могу, и вдруг её медленно наполняют до ужаса знакомые аккорды фортепьяно … по радио Рианна надрывно стонет «Stay»! Таких совпадений просто не бывает. Постепенно накатывает чувство, будто кто-то вбивает в меня стальной раскалённый стержень, меня сковывает страх, ужас, сердце надрывается: я готова пережить всё, что угодно, но только не это, не его смерть …
Стоп, собраться, сейчас всё будет зависеть от меня, только от меня!
Вспоминаю правила и шаги реанимации:
Первое, проверить дыхание.
Нет, сначала перевязать руки, потом – дыхание.
Если дыхания нет, проверить сердцебиение.
Если его нет – массаж сердца. Чёрт, не помню какой там ритм, совершенно не помню. Ладно, сделаю три надавливания на грудину, потом вдох- выдох, потом снова массаж…
Останавливаю машину, выпрыгиваю на ходу, оставляю ворота открытыми, двери тоже для команды 911, по пути думаю о том, чем перевяжу ему руки, кажется, знаю, кухонные полотенца, или нет, лучше простынь и ножницы нужны, чтобы надрезать ткань. Если дверь заперта, я не смогу сломать её, тогда что? В окно, через террасу! Нет смысла терять время с дверью, поэтому из кухни я бегу сразу на верхнюю террасу, по пути хватаю металлический стул, размахиваюсь, удар, летят стёкла, чёрт, это шкаф, значит следующее окно, снова размахиваюсь, снова удар и снова стёкла и… я вижу ванну: она переполнена, и из неё тонкими струями стекает алая вода на белый мраморный пол. Я не вижу его, он полностью в воде. Я не помню, как перелезла окно, оно в осколках, кажется, я разрезала ногу, но мне плевать. Мои руки, сильные как никогда хватают его за футболку и тянут, но он слишком тяжёлый для меня. Нет, я не оставлю его, собираю все свои силы, и одним рывком вытаскиваю его на пол. Хочу перевязать руки и замираю от ужаса: они изрезаны, искромсаны беспощадно от запястий почти до локтевых сгибов. В голове проносится сомнение в том, что их можно будет спасти, от вен скорее всего ничего не осталось … перевязываю их выше локтей, но они продолжают сочиться кровью… Стараюсь не застревать на этом.
Проверяю дыхание – нет. Сердцебиение – да. Значит только дыхание. И я переполняюсь надеждой и благодарностью Всевышнему, ведь его сердцебиение говорит о том, что я вовремя, что я успела, и сейчас его жизнь действительно в моих руках, и она зависит от того насколько чётко и верно я всё сделаю.
Под тяжестью этой ответственности я поворачиваю его голову на бок, нужно освободить лёгкие от воды. Теперь вдох, выдох, и ещё раз, и ещё раз …
Время тянется медленно, так тягуче, невыносимо долго, где же 911?
Снова вдох, выдох, и ещё раз, и ещё раз … Но я всего лишь слабая женщина, и у меня начинают сдавать нервы:
-Господи, Господи, услышь меня, пусть он живёт Господи! Путь он делает, что хочет, пусть живёт, с кем хочет, пусть спит, с кем хочет, только пусть он живёт! – стонет отчаянием мой голос…
Ещё раз голову на бок, сердцебиение – всё ещё есть. Ещё не поздно … Снова вдох и вдруг он закашливается, выплёвывает воду и, наконец, дышит уже сам, не приходя в сознание.
Дело сделано. Что дальше? Дверь! Дверь в ванную всё ещё заперта – быстро открываю её, снова набираю 911, диспетчер сообщает, что машина подъехала, бегу встречать их, мы быстро поднимаемся, медики сразу приступают к своей работе.
Наблюдаю за ними и вижу, команда врачей в ужасе от его рук, это плохой знак …
Но они не тратят времени на эмоции, на его руках уже медицинские жгуты, в вену в ноге уже вставлен катетер с донорской кровью. Затем носилки и в машину. Я выхожу за ними в гараж, меня начинает отпускать напряжение и пробирает дрожь.
Водитель машины 911 курит сигарету, я молча забираю её и затягиваюсь, кашляю с непривычки. Врач 911 строго велит мне ехать с ними, но я отказываюсь, и чувствую, мне в руку ставят уже укол. Господи, когда они успели расстегнуть рукав блузки? Не помню ничего, кроме того, что у меня стресс и мне нужно срочно в больницу - так сказал врач, но я ответила, что мне нужно домой, что у меня там дети.
Внезапно замечаю Габриель: она висит на моих ногах и истошно вопит что-то, я не могу понять, что ей нужно, напрягаюсь и слышу: «Езжай с ним, умоляю тебя, спаси его, я сделаю всё, что ты скажешь, я выполню всё, только спаси его, спаси, прошу тебя, спаси его …» и так бесконечно много раз, одно и тоже. Похоже, у неё шок, ей тоже что-то вкалывают.
