– Почему не предупредил вчера, как одеваться?
– Не подумал. Прости.
– А зря не подумал. Меня дважды за официанта приняли, и я огорчилась. Сильно.
Взгляд его тяжелеет, но он ничего не отвечает.
– Я тут от огорчения билеты домой купила…
Слежу за реакцией: Алекс отворачивается, но мне всё равно видно профиль, по которому достаточно чётко можно опознать эмоции: раздражение, огорчение и почти гнев.
– Но твоя ходячая мудрость доложила, что ты как бы в курсе… уже, – признаюсь. – А заодно советов надавал: не спешить, подождать, и всё в таком духе. Я вот в раздумьях: раз уж ты ещё можешь быть человеком, может и впрямь дату перенести на месяц-другой? Может и наладится ещё…
– А ты сама-то такой злюкой попробуй не быть и не игнорируй супружескую спальню – может, и в самом деле что-то наладится.
Сказано это с явным усилием скрыть негодование, но само божественное тело так вальяжно и естественно вытягивается на кровати, подложив под спину подушки, засунув в рот круассан и запустив систему на ноутбуке, что мне внезапно делается так хорошо…
Мы вдвоём, наедине, никто не мешает, не виснет, не ноет, не задаёт вопросов. Всё пасмурное пространство фешенебельной каюты наше, и мы как давние, сварливые, но неразлучные супруги бранимся, зная наперёд, что, несмотря на милую традиционную перебранку, у нас только тёплое совместное будущее. И как будто и не было пропасти между нами ещё каких-нибудь пару часов назад.
А ещё, если разобраться, то немногословный Алекс сказал что-то про спальню. Может, именно это его так задело? Но, с другой стороны, что же мне, едва он явил милую мордашку, сразу и в койку его кидаться? Тут же простить все прегрешения, холодность, чёрствость, отсутствие любого внимания и вообще полное попирание обязательств в плане понятия «муж»? Обойдётся!
– Так когда мы дома будем?
– Через два часа примерно.
– Чья это яхта?
– Наша.
– А маленькая?
– Тоже.
– Они для «крутизны»?
– Нет. Это необходимость. Большая нужна для работы, маленькая для семьи и друзей.
– Чем ты занимался всё это время? Торговал оружием?
– Работал.
Тишина. Мягкая, тёплая, тягучая. Алекс, не отрывая головы от монитора, а рук от клавиатуры, нарушает её первым:
– Ешь завтрак, я доем потом, что останется.
– Давай лучше разделим или поедим одновременно, как в мультике про котёнка Гава? – предлагаю.
Алекс отрывается, наконец, от монитора, смотрит на меня с такой Вселенской ласковостью во взгляде, что я внезапно становлюсь счастливейшей до кончиков волос особью.
– Идея интересная, согласен, но мне сейчас нужно срочно кое-что сделать, поэтому я завтракать буду позже.
– Ну ладно, тогда я оставлю тебе половину.
Пью кофе, и, конечно, большую часть яичницы оставляю ему. Спрашиваю:
– У тебя тут есть новые зубные щётки?
– Щёток точно нет, обычно никто этим не заморачивается. Можешь мою взять, – неожиданно предлагает.
– Это негигиенично! – возражаю.
В этот момент он странно смотрит в мою сторону, но затем быстро возвращается к своим занятиям.
– Так, ладно, а средства гигиены всякие есть? Ну, для гостей?
– Что именно тебе нужно?
– Женские принадлежности.
Алекс на мгновение поднимает глаза и смотрит прямо перед собой, как бы соображая, о чём речь, вообще.
– У тебя месячные? – вдруг его осеняет.
– О Боже, Алекс! Тебе обязательно меня унижать постоянно?
– А что тут унизительного? Это нормальное состояние у всех женщин, или нет?
– Да, но с мужчинами мы это не обсуждаем!
Он поднимается с кровати и, направляясь к двери, толкает эмоциональную тираду:
– Может, только ты не обсуждаешь? Но я тебя понял: теперь буду притворяться, что ничего не знаю о женской физиологии, а о существовании самих женщин на планете прознал только вчера!
Алекс с чувством захлопывает за собой дверь и через несколько минут возвращается с двумя прокладками и тампоном в руках. Меня смущает этот набор:
– Ты где их откопал?
– Попросил.
Меня, естественно, заливает краской, Алекс это видит и раздражённо замечает:
– Ты поставила мне задачу, я её решил, как, в общем, и привык это делать. Есть проблема – есть выход, есть задача – есть решение. Всё просто.
Кроме растерянного и пристыженного «Спасибо» я не могу ничего выдавить в ответ. Молча плетусь в ванную, чтобы заняться гигиеной.
