-И теперь ты встречаешься здесь со мной.
-Ну, она то теперь никуда от меня не денется…-проговорил Курбатов.
-А меня ты боишься потерять, значит?-девушка заулыбалась шире.
Нет, подумал Лукьян глядя на её накрашенные губы, таких, как ты у меня было и будет ещё очень много.
Но в слух он проворковал:
-Конечно, котенок. Любой бы боялся потерять такую, как ты. Это всё равно, что потерять драгоценный шедевр, существующий в единственном экземпляре.
-О-о…-проговорила она и подобралась к нему ближе.-Так я для тебя шедевр?
Он усмехнулся, отпил из бокала.
-Ещё какой.-идеально солгал Лукьян.
Много позже, после очередного всплеска неудержимой страсти, когда его пассия заснула, Курбатов открыл балкон, и вышел туда с чашкой горячего шоколада.
Он любил, вечером стоя на балконе, глядя на огни города и наблюдая поздний закат выпить чашку шоколада с плавающим внутри зефиром.
Темнело сиреневое небо, солнце тускнело за горизонтом.
Огромный мегаполис стремительно наряжался мириадами огней.
Москва по мнению Лукьяна город, который ночью буквально состоит из миллиардного созвездия огней.
Это город, в котором каждую ночь свое «Дива́ли»*
Лукьян отпил из чашки.
Впереди, через две улицы от дома, где он снимал квартиру на красивом застекленном здании концертного холла зажглась яркая вывеска.
Ярко-золотистые слова сияли над шоссе звучным словом: «ПИРАМИДА».
ВЕРОНИКА ЛАЗОВСКАЯ
Её воспоминания выбирались наружу неохотно, вынужденно, словно разбуженные от спячки лесные звери.
Эпизоды из жизни Ксении Гудковой не торопливо разворачивались передо мной.
Я увидела её раннее детство…
Маленькая девочка, она сидит с родителями в цирке, в третьем ряду.
Восторгу её не было предела. Я стояла рядом и наблюдала, как шестилетняя Гудкова с радостью аплодирует ловким акробатам, пока те исполняют свои головокружительные трюки под самым куполом.
Она звонко хлопает в ладоши и смеется. Сидящие рядом Олег и Ольга Гудковы обмениваются улыбками и радостными взглядами.
Дочь Гудковых продолжает аплодировать едва-ли не вскакивая со стула.
Так продолжается до тех пор, пока вместо акробатов на арене не появляется клоун.
У меня с губ против воли сорвался нервный вздох.
Выступающий сейчас клоун в мешковатых штанах был точной копией игрушки, что я видела на столе Ксении в больнице.
Только здесь он не был черно-белым. Его пёстрый костюм состоял из зеленого, оранжевого, фиолетового и красного.
Клоун ходит по кругу, смеется, шутит и беспрестанно показывает фокусы.
По кругу, над цирковой ареной летает смех, позитивные эмоции людей сотрясают купол цирка.
И только маленькая Ксения Гудкова сейчас молчит.
Сложила руки вместе, чуть наклонила голову вперёд и буравит пристальным взглядом смеющегося клоуна.
Он не нравится ей. Он не такой, каким она хочет его видеть.
Я чувствую её эмоции и мысли.
Клоун слишком добрый. Слишком веселый. И слишком… яркий.
Воспоминание из цирка сменяется другим.
-Ксенюшка осторожей!-кричит Ольга Гудкова обеспокоенно наблюдая за дочкой.
Был погожий летний день. Светило солнце, грело лето. Вокруг зеленели деревья, по улицам не спешно прогуливались люди в легкой одежде.
-Ксенюшка!-снова воскликнула Ольга Гудкова.
А Ксения на маленьком двухколесном велосипеде гнала по тротуару, вдоль низкого заборчика.
Её темные волосы развевались за спиной, ветер трепал её яркую футболку.
Лицо маленькой Ксении светилось восторгом.
Здесь ей, наверное, лет девять.
Блеснувшей вспышкой снова сменилось воспоминание.
-Гудкова, ты собираешься дальше решать, или как?
Школьный класс. За окном осень, дождь и хмарь в облаках.
Ксения стоит перед доской, морщит лоб. Она хмурилась, отчаянно пытаясь сообразить, что ей делать дальше с задачей по физике.
-Гудкова, чего ты застряла? Ну, мы же это на прошлом уроке обсуждали…
-А она у нас отсталая!-послышался ехидный издевательский голос, с передних парт.
Я оглянулась.
Почти все в классе улыбались. И больше всех две девушки, примерно моего возраста. Они сидели за второй партой и не сводили глаз с Гудковой.
Так, похоже Ксения ко всему прочему была ещё и жертвой буллинга в школе.
Вряд ли это хорошо повлияло на формирование её личности.
Нам с Леркой тоже иногда достаётся от одной «королевы» и её крысок-подпевал, так что я знаю, о чем говорю.
Лерка до моего прихода в класс была вообще выбранной «жертвой» и её частенько дразнили, доставали и даже один раз закидали яйцами.
А потом пришла я… и села на первое свободное место. Рядом с Лерой, на пятой парте.
Сейчас мы с ней сидим на второй, в левом ряду, прямо возле окошка.
И учится Логинова стала куда лучше…
Сполох яркой вспышки словно свет ксеноновой лампы при фотоснимке.
-…Просто поговорим.-мягко и добродушно произнёс аккуратно одетый седой мужчина с добрым взглядом.
Он сплел пальцы рук на столе и смотрел на сидящую перед ним Ксению Гудкову.
Девушка, сложив руки на колени, опустила голову, созерцая темно-бурый ковёр на полу.
