-В следующий раз,-сказал он мягко, с толикой грусти.-Когда захочешь увидеть мои воспоминания лучше всё же сначала спросить, Ника.
-Прости.-я покачала головой.-Кто эта девушка? Которая сейчас в больнице? Что с ней такое? Я не все поняла из твоего воспоминания…
-Ничего.-Стас бросил взгляд в боковое зеркало и развернул машину.-Пристегнись. Приедем, всё увидишь своими глазами.
Я не стала задавать лишних вопросов.
Но, я испытала неприятное чувство прокрадывающегося в сознание мрачного отчаяния.
Стас, я это знала, не стал бы по пустякам так быстро просить моей помощи. И то, что он так немногословен говорит о тяжести и серьёзности проблемы, с которой он столкнулся.
А в этом мире не так много проблем, как мне кажется, которые Станислав Корнилов не в состоянии решить.
Про Гудкову я пока решила ничего не говорить.
Мы ехали на огромной скорости. Стас заметно торопился, он всё время кого-то обгонял.
Я то и дело, украдкой поглядывала на него.
Стас смотрел на дорогу. В его сосредоточенном взгляде затаилось тягостное раздумье.
Рот чуть скривился не то скептически, не то презрительно.
Мы вновь обогнали едущий впереди автомобиль.
Меня постоянно вжимало в сидение.
Во мне крепли и росли хаотичные переживания.
Что там с той девушкой? О чем так серьезно размышляет Стас? Как нам остановить Монохромного человека? Где дальше искать его следы? Когда рассказать Стасу о Гудковой? Что там сейчас обо мне думает Лера? Как там Мирон…
Корнилов резко затормозил у стен больницы.
Через несколько минут мы уже входили в палату некой Таисии Фёдоровой, которую мне представил Стас.
-Вот она.-Корнилов кивнул на девушку.
Я осторожно приблизилась к ней.
Девушка как будто действительно спала.
Он морщила лоб, стонала, всхлипывала и что-то беспокойно бормотала.
-Врачи не знают, что с ней.-Стас не спешно прошелся вдоль кровати Таисии.-Говорят, что с таким сталкиваются впервые.
Я оглянулась, внимательно посмотрела в глаза Стасу.
Я поняла, что он хотел сказать. Возможно, Таисия стала жертвой чего-то, с чем ни медицина, ни какая-либо другая область человеческой жизнедеятельности ещё не сталкивалась.
Проще говоря, здесь задействовано что-то, выходящее за границы естественного.
-Ты можешь помочь ей?-спросил Стас.
Я услышала тлеющую надежду в его голосе. Надежду и просьбу.
Я кивнула.
-Я постараюсь.
Я не была уверена. Но… Почему-то чувствовала, что правда могу что-то сделать.
Я подумала о тех льдах, что появились в воде. И о тех звездах с луной, что неожиданно засияли тогда в ночном небосводе.
Это придало мне уверенности. Я вдруг поняла, что никогда толком не пробовала выйти за границы того, что умею.
От этой заскользнувшей в разум мысли по коже спины сбежала взволнованная дрожь.
Я ведь и правда не знаю толком, что я могу…
Я осторожно присела на край кровати, возле Таисии.
Девушка вдруг застонала, чуть выгнулась, зажмурила глаза.
Я увидела, как она страдальчески сцепила зубы и скомкала в кулаках простынь.
-Ей становится хуже.-Стас опёрся руками о бортик кровати.
В голосе слышалась злая горечь. Корнилов злился и опасался тех случаев, когда не знал, как и чем помочь. Что делать. Что предпринять.
И он такой не один.
Я вздохнула. Осторожно коснулась руки девушки.
Она всё ещё, дрожащими кулаками, судорожно комкала простынь под собой.
Кожа на лбу Таисии увлажнилась и тускло блестела.
Её губы что-то бессвязно шептали. Я чуть наклонилась вперёд, прислушалась.
-Он идёт за мной… Он идёт за мной… Он идёт за мной…-едва слышно, как шорох звучал слабый шепот из уст девушки.
Я взяла её за запястье. Осторожно погладила.
Нервно дрожащий кулак девушки начал слабеть. Когда её рука безвольно упала на простынь, я осторожно взяла её в свои ладони.
Я попыталась увидеть её воспоминание. Я, каким-то необъяснимым чувством ощущала, что могу проникнуть в её сознание, узнать, что происходит в её разуме узнать, что она сейчас видит и переживает.
По мышцам спины, по позвонкам скатилось давящее, сжимающее напряжение.
Я почувствовала легкое головокружение. Мир вокруг поплыл, смазался, растаял.
Тьма. Густая, беспросветная чернильно-черная тьма.
Я стою в этой темноте или лежу. Кажется, я могла двигаться, могла двигать руками и головой. Но, куда бы я не взглянула кругом был только мрак.
Вязкий, плотный неприступный мрак.
Где я? Что это за воспоминание такое? Что за…
Как мне разогнать эту темноту?! Как разогнать этот мрак?!
Мне нужен свет… Где мне найти его? Где взять свет, чтобы справиться с этой зловещей и злой темнотой?!
Что-то вспыхнуло и засияло легким, лучистым серебристо-белым светом.
Я с удивлением взглянула на свои ладони.
От них исходил чуть мерцающий, сияющий, чистый свет.
Он становился ярче. Он креп в моих руках и отгонял мрак вокруг меня.
Темнота не желала отступать. Я слышала, как она злобно шипит и шепчет отползая в стороны.
Темнота ненавидела свет. Мой свет. И меня лично. Темнота жаждала, чтобы мы, я и свет, убрались отсюда как можно дальше.
