Кричевский досадливо покачал головой и посмотрел полковнику прямо в глаза:
— Ты веришь в эту сказку?
— Нет. Но пока иной информацией мы не располагаем.
— Поговорили бы с ними покруче, так, как это умеют делать наши ребята.
— Обижаешь, — лицо Токарева едва уловимо помрачнело. — Тарсанову, кажется, челюсть сломали…
— Да-а-а, — озадаченно протянул Кричевский. — Плохо. Столько усилий, и все впустую.
— Почему ты думаешь, что впустую? — приободрился Токарев. — Вполне можно допустить, что эти двое и готовили теракт.
— А мы его предотвратили, — подхватил Кричевский и тут же со скепсисом добавил: — Слишком уж все просто. Но в том, что эти ребята имеют какое-то отношение к интересующей нас группировке, я уже не сомневаюсь.
— Но в таком случае совершенно очевидно, что их подставили.
— Вполне возможно.
Токарев грустно улыбнулся.
— А доказательства? Ведь пока мы можем только предполагать, но ни в коем случае не утверждать. С таким же успехом можно сказать, что произошла ошибка, и эти парни никакого отношения к делу не имеют.
— Чушь! — раздраженно выпалил Кричевский.
Токарев не стал возражать.
— Единственное, в чем я уверен, — спокойно проговорил он, — так это в том, что разговор с этими парнями еще не закончен.
— Но у нас осталось всего три дня! — не сдержал своих эмоций майор. — Точнее два с половиной. А может, и того меньше.
— Ты считаешь, что следует усилить охрану и увеличить численность команды? — неожиданно спросил Токарев.
Кричевский вдруг почувствовал себя так, словно на него вылили ушат ледяной воды.
— Я думаю, что шести профессионалов вполне достаточно, чтобы обезвредить террористов, — с вызовом проговорил он. — А в случае необходимости мы всегда можем обратиться за помощью к службе безопасности аэропорта. Ведь теперь менты осведомлены о нашем существовании. Это сведет риск до минимума. Или ты считаешь иначе?
Токарев, видя, что майор занервничал, решил не нагнетать напряжения и успокаивающе произнес:
— Я всегда полагался на твой профессионализм. Делая ставку на тебя, я никогда не жалел о своем решении. Уверен — и на этот раз все будет на высоте. Запомни, никто не сомневается, что твои парни справятся. И давай больше не будем об этом.
Замечание полковника окончательно привело Кричевского в чувства.
— Ты прав, — согласился он. — Мы ушли в сторону.
— В общем, все что я хотел тебе сказать, я уже сказал, — признался полковник и по-дружески улыбнулся. — Надеюсь, здесь мы встречаемся в последний раз. Осталось совсем немного. И дай Бог, чтобы ничего не произошло.
— Выкрутимся, — уже совершенно другим тоном ответил майор. — Кстати, какие у тебя планы на воскресенье?
— Имеешь ввиду рыбалку? — догадался Токарев.
Кричевский утвердительно кивнул.
— Предложение принимается и обжалованию не подлежит, — заверил полковник и хитро подмигнул. — Бутылочку я уже припас.
— А вот это правильно, — в тон ему сказал Кричевский и бросил взгляд на здание аэропорта.
Поняв, о чем думает друг, Токарев негромко проговорил:
— Больше тебя не задерживаю.
— Ну, тогда все, я погнал, — нетерпеливо сказал Кричевский и, пожав руку полковнику, вышел из машины.
— Ни пуха, — бросил ему вслед Токарев.
— К черту…
«И все-таки, не нравится мне настроение Ивана… — подумал полковник, провожая взглядом Кричевского. — Что-то не так… Что-то с ним непонятное творится… Заменить команду?.. Уже поздно. Но о подстраховке, видимо, подумать стоит…»
Мысли майора текли в совершенно другом направлении.
Теперь, после разговора с Токаревым он был уверен на все сто, что готовящийся в Шереметьево террористический акт не чей-то дурацкий розыгрыш, а вполне реальная перспектива. Однако убеждать полковника в этом умышленно не стал. Ведь теперь, после прокола, накрыть банду было делом его чести. Токарев же мог прислать новую группу, оцепить аэропорт, и тем самым оказать медвежью услугу и Ивану, и управлению в целом. Ведь подобные действия руководителя операции могли испугать террористов и заставить их отказаться от своих планов или, что более вероятно, они могли произвести взрыв где-нибудь в другом месте. А это, по мнению Кричевского, было недопустимо. Данная же ситуация казалась весьма удачно складывающейся.
