Алис нахмурилась. Конечно, это мог написать и кто-то из подростков. И все же что-то ее здесь царапнуло. Почерк казался странным, как будто старомодным и в то же время прыгающим, словно писавший человек сильно нервничал. Или был не в себе.
Она полистала снимки дальше, внимательно вглядываясь. И вздрогнула, когда увидела еще одну надпись, сделанную тем же почерком:
«Я покажу т… на что я способ…» И еще рядом: «Я встану во весь рост и оседлаю зверя».
Алис посмотрела на Деккера, чье лицо, сокрытое в тени, было похоже на страшную маску.
– Кажется, я что-то нашла.
Она сидела рядом, склонившись над фотоаппаратом, рассматривая сделанные в старом лесном доме снимки, – такая спокойная, серьезная и храбрая, и Марк не мог поверить, что это и в самом деле произошло между ними.
Этот разговор, это внезапное… признание.
Она произнесла это искренне. Не пыталась ни успокоить его, ни солгать, чтобы избежать возможного конфликта. Не побоялась, оставшись наедине с монстром, сказать ему правду. Хотя Марк чувствовал, как она волнуется, как уже с утра была напряжена, а потом буквально вся заледенела, когда отошла прочитать то присланное ей сообщение. Чувствовал, что ей рассказали что-то страшное и это касалось его. Чувствовал ее панику, когда свернул с дороги на просеку.
И все же она решилась. Марк отчетливо уловил момент ее внутреннего смятения, ощутил это одновременно с ней: их неожиданную близость. Она, эта странная девчонка, словно бы признала в нем… своего? Похожего на нее. Такого же, как она.
Ариадна протянула ему нить. И он судорожно в нее вцепился – в тот момент ему так отчаянно хотелось тоже дать девчонке надежду. Или… привязать ее к себе. И ведь это было легко. Она, как все травмированные люди, не знала себе цены, ее было так просто подсадить на обычное человеческое тепло и хорошее отношение, на обещание принятия – такой, какая она есть, вместе со всеми ее проблемами. Впрочем… Марк усмехнулся про себя. Точно так же просто было привязать и его. Она сказала, что не убежит, она не испугалась, и он уже размяк, даже не ожидая, что это затронет его так глубоко. Ее отчаянно храбрый шаг, ее протянутая к нему рука – через страх, одиночество, тьму. И стоило только протянуть руку в ответ, как от этого прикосновения словно что-то сдвинулось внутри. Да чтоб тебя!..
Это странное, давно забытое ощущение – надежды. Призрачного шанса. Неожиданно вспыхнувшая внутри искра, от которой тут же стало тепло. Марк давно знал, понимал, что должен перестать бегать по кругу и прятаться от самого себя. Должен разобраться в том, что с ним происходит, что началось с тех пор, как он уехал в этот городок. Знал, но не пытался, не хотел, как не хотел приводить в порядок старый дедов дом, как не желал признавать реальность своей скучной жизни в унылой глуши. Не было смысла, не было цели, лучше было оставаться в вечном полусне, плыть по течению, ни о чем не думая, а сейчас… Яркая золотая искра, словно оброненная девчонкой в его сыром темном подземелье, настойчиво светила и звала к себе. И Марку неожиданно захотелось поднять ее, положить на ладонь. И оглянуться вокруг.
Наконец лес остался позади, и в последних отсветах хмурого дня они доехали до участка. На его счастье, там никого не было.
Марк пригласил Янссенс в свой кабинет, махнул рукой в сторону подоконника и начал делать кофе.
– Значит, вы что-то нашли на снимках, которые сделали? Покажете?
Она взяла фотоаппарат, снова полистала снимки. Марк, включив кофемашину, подошел взглянуть.
– Вот, видите… сначала «вернись-вернись-вернись». Потом обещание показать, на что способен. И вот тут еще: «Я встану во весь рост и оседлаю зверя». Это не похоже на обычные подростковые надписи на стенах. И почерк слишком старомодный. Особенно заметно, если сравнить с остальными надписями.
– Думаете, это как-то связано с их братством?
– Не знаю, но вот это упоминание зверя… С другой стороны, «вернись» говорит скорее о драме, расставании.
– Интересно… То есть вы полагаете, что написать это мог и мой дед? Надо сравнить почерк. У нас остались письма Ксавье. И в любом случае стоит поискать эту Тесс Форестье.
Марк запустил компьютер и, пока тот со скрежетом загружался, налил кофе себе и Янссенс.
«Ну что ж… надо это озвучить?»
– Вы сказали, что вам прислали данные по номеру Одри? – Он протянул Янссенс чашку.
– Да. – Девчонка взглянула на него с удивлением, приняв кофе из его рук.
– Перешлите мне их, пожалуйста. Откроем на моем мониторе и вместе посмотрим, если вы не против.
Янссенс запнулась на мгновение, словно пытаясь понять, что это значит, и вдруг улыбнулась, вся порозовев от радости:
– Вы… будете…
– Я сообщу наверх, что у нас новое дело: исчезновение Одри Ламбер, – спокойно произнес Марк и отпил кофе. – Сделаете, пока я поищу номер мадам Форестье?
Компьютер как раз загрузился к тому моменту, когда он уже коротко поговорил с пожилой мадам. Удивления та не выказала и легко согласилась на встречу. Он записал адрес, залогинился и открыл почту.
– Вот сюда перешлите.
