Последние сотни лет умайри полностью встали на путь войны. Хлебнув горького проигрыша каким-то людям, едва ли не из каменного века в плане магии, князья не стали решать текущие проблемы, а приготовили новое вторжение.
К этому времени захватчики их собственного мира на какое-то время оставили умайри в покое.
Новостей было много, но по большому счёту ничего не изменилось… В лучшую сторону.
— Мне надо в Наори. Стационарный портал ещё работает?
— Да, моя госпожа, — торопливо ответил староста, сгибаясь в поклоне.
Полчаса потребовалось Лилит, чтобы найти хоть сколько-то подобающие одежды и привести себя в порядок. После коротких сборов, демоница встала по центру печати и вспыхнула, будто свеча, тело объяло пламя и Лилит перенеслась во дворец девяти правителей Наори, нейтрального города.
— Первый доминион, не помню, чтобы кого-то из ваших червей приглашали! — произнёс грубый голос, стоило только Лилит появится в центре украшенного зала портального перехода. Здесь стояла невысокая стела с изображением номера доминиона, ведь встречающим надо было знать, кто сюда собирается переместится. Кого-то встречали ласково, кого-то с помпой, а кого-то и вовсе тройка слуг. Всё зависит от расположения, силы и личного могущества главы.
Лилит встретил лишь старый сварливый уродец, отвечающий за работу механизма.
— Умри, — коротко бросила Лилит и умайри забыл как дышать.
Правительница на чьей душе сияли метки перворожденных, могла останавливать жизни одним словом. Да, это отнимало много энергии, но таким правом обладали только девять представителей народа в числе которых была и сама королева.
Более того, только Лилит обладала статусом матери умайри, доставшемся ей от её матери. Ходили легенды, что именно род Лилит когда-то стал началом для всего вокруг. По наследству ей досталось многое, доминион, что считался первым — так как был прародителем расы. Несколько верных слуг, плодородные земли и много секретов. Тем больнее было сравнивать прошлое с настоящим, сейчас на её персоне поставили крест. Князья знали, что она снова в этом мире, но не удосужились даже прислать лакеев.
Коридоры ратуши были пустыми, Лилит встретила лишь несколько стражников, которые не посмели встать на её пути.
Двери в зал совещаний открылись от лёгкого паса рукой. Лилит вошла в зал, поймав на себе задумчивые взгляды князей.
Повисла недолгая тишина.
— Рад тебя видеть, Лилит, — произнёс негласный глава заседания, Азазель.
Только сейчас, проведя столько лет среди людей, она поняла, что князья не просто так носят свои имена, переданные им по наследству. Азазель, Мамон, Асмодей и прочие. Их предки были глубоко погружены в историю мира под названием Земля.
Ещё и эти хаоситы, где они?
Лилит обвела круглый стол внимательным взглядом. Сомнений нет, та фигура рядом с Азазелем. Она не припоминает, чтобы к заседанию были допущены лишние разумные.
— С каких пор на совете князей присутствуют не князья? — строго спросила она, решая действовать нахрапом.
— Хотел спросить о том же, — гадко ухмыльнулся Мамон.
И правда, все умайри имеют те же черты характера, что приписали им люди. Но почему управляет заседанием Азазель, а не Люцифер. Точно, старый интриган не хочет на первые роли, вон он, сидит по левую руку от Азазеля и внимательно смотрит.
Но сейчас пора бы ответить на вызов Мамона, толстого самца, олицетворяющего в мире людей — жадность.
— На что ты намекаешь, Мамон? — прошипела Лилит, переходя к делу без словесных кружев, что так нравятся верховным.
Остальные князья тьмы сморщились, словно им в рот положили лимон. Мамон мелодично постучал по столу толстыми пальцами, унизанными перстнями.
— Тебя долго не было, — спустя десять секунд ответил он, явно не желая обострять, что-то поменялось и верховный передумал наживать себе врага.
Лилит чувствовала за собой силу. В отличии от неудачника Святослава, её душа не купалась в вечно текущей реке смерти, ей не пришлось собирать себя по кускам, она просто была в плену.
— Вопрос-с-с-с вполне оправдан, — взял слово Люцифер, выдвинувшись из тени. — Нам стоит спросить тебя, бывшая верховная Лилит о том, где ты была все эти годы. Не мы покинули этот мир, не мы были в рабстве у низших и не нам держать ответ.
— Верно, — кивнувл Мамон. — Лилит, названная в честь матери умайри-демонов, ты готова ответить перед советом?
— Нет.
Коротко бросила Лилит и продолжила уже мягче.
— Я не готова говорить в присутствии посторонних.
— Хаос союзник, а не враг, — вдруг сказал неизвестный.
От такой наглости Лилит даже поперхнулась, но остальные не выказали удивления. Этот наглец имел право голоса, немыслимо. Любой другой представитель не благородного дома, стоит ему вмешаться в беседу князей, тут же был потерял голову. А перед этим, его бы окунули в горячее масло.
Но хаосит говорил и никого это не смущало.
