- Эля! - кричу ей вслед, резко подскочив с места. - Эля, подожди! - опрокинув жалобно скрипнувший стул, срываюсь на бег.
Раскрасневшись, останавливаюсь уже в конце коридора, мягко схватив за руку девушку.
- Чего тебе? - спрашивает рыжая, презрительно скривив губы.
- Тебя не было на парах вчера, — отпустив её руку, отвечаю с заминкой.
- И что?
Не знаю, что именно выводит меня из себя - дебильный вопрос или неприкрытая агрессия, но я отступаю назад, чтобы не сорваться на подруге.
- Ничего, — поспешно говорю. - Иди куда шла.
- Шибанутая, — брезгливо отвешивает мне комплимент одногруппница.
- Как ты меня назвала? - удивлённо уточняю, теряя контроль. - Я считала тебя другом! А ты поступила со мной как последняя...
- Ничего ж не случилось с твоей драгоценной целкой! - орёт Эля на весь коридор. - И чем ты их всех только берёшь? - насмешливо замечает, — Монашка долбанутая...
- Эля... - изумленно смотрю на рыжее чудо, которому тщательно промыли мозги.
Та, видимо, понимает, что разговор могут услышать в аудиториях, поэтому небрежно толкает меня в сторону женского туалета, после чего заходит следом и запирает дверь изнутри.
- Несмотря на то, что ты отличница, простые вещи до тебя доходят туго, — ядовито шипит мне в лицо. - Только такая наивная дура, как ты, могла провиниться перед Геллой.
- Зотова здесь причём?
- При том! Всё притом! Я никогда бы не согласилась подкинуть тебя, как кость в спальню её брату, если бы ты...
- Эля...
- Матвеев выбрал тебя. Влюбился, понимаешь? А он - мой! Я ради него... Я ведь на всё была готова. А тут ты! — зло выплюнула подруга.
- Матвеев - препод. И не просто препод, а декан исторического факультета. Эля, ты серьёзно? Да он же того... - показательно кручу у виска.
- А что тут такого?
- Эля... - устало выдыхаю. - Я не знала, что твоё глупое сердце выбрало его. Чтобы тебе не сказала Гелла, я не имею с ним никаких отношений и тем более не испытываю к этому человеку симпатии.
- А тебе не обязательно что-то чувствовать! - Срывается на плач девушка, продолжая выяснение отношений уже на повышенных тонах. - Он тебя любит. Он!
- Да кто тебе эту чушь наплел?!
- Гелла!
- Кто она такая, чтобы подобное говорить?
- Его племянница.
Заторможено моргаю.
- Ерунда какая-то... - прислоняюсь спиной к плитке, закрывая глаза и пытаюсь переварить услышанное. - Она промыла тебе мозги.
Рыжая яростно вытирает слезы, размазывая потекшую тушь по всему лицу.
- Да пошла ты! - гневно шипит, устремившись к раковине.
- Куда, Эль? - разочарованно окидываю взглядом девушку, смывающую чёрные разводы туши с порозовевших после перепалки щёк. - Где оно, моё место?
- Под Вадимом, — раздаётся ответ.
- Под? Под Вадимом? - искренне удивляюсь её словам. - Гелла так сказала, да?
После моего вопроса повисает оглушающая тишина.
Мы с Элей будто две незнакомки, застрявшие в лифте, задумались каждая о своём. Теперь мне было некомфортно молчать с ней. Хотелось вытолкать одногруппницу за дверь, остаться одной. И в то же время, подойти к Эльке и хорошенько встряхнуть за плечи, чтобы скорее пришла в себя.
- Ты меня утомила, Уварова, — устало ответила теперь уж бывшая подруга и ушла, оставив меня одну, наедине с тяжёлыми мыслями.
А подумать, действительно, было о чем.
Во-первых, самый странный препод универа - Матвеев оказался дядей Вадима и Геллы.
Во-вторых, эта чудо - дивная семейка использует в своих коварных целях Элю.
В-третьих, Гелла решительно настроена свести меня со своим любвеобильным братом.
В-четвёртых, Матвеев отмазал меня от претензий блонди, волосы которой я подожгла вчера, тем самым, спас от отчисления.
В-пятых, рыжая считает, что Глеб Петрович в меня влюблен, но сам Глеб Петрович так не считает. Это очевидно.
Вывод: Гелла ведёт свою грязную игру, используя Элю. Вадим угрожает местью за мой побег в прошлую пятницу. А их дядя в этой истории вообще выступает в роли серого кардинала.
Делаю прерывистый вдох, отчего тут же начинает кружиться голова. Так и не сумев набрать в грудь нужное количество кислорода, отталкиваюсь от стены и медленно плетусь к выходу.
Слышу, как в коридоре раздаются уверенные шаги. Не успеваю схватиться за металлическую ручку, как дверь распахивается сама, явив высокую широкоплечую фигуру, загородившую собой весь дверной проем.
- Здравствуй, мышонок.
Надо мной подавляюще возвышается парень, в чьих глазах я улавливаю безумие.
Он действительно назвал меня "мышонок"? Как тот сумасшедший, строчивший пугающего содержания сообщения.
- Это был ты... - растерянно сиплю, пытаясь проглотить вставший в пересохшем горле ком.
- Боишься? - Заторможено интересуется, склоняя голову на бок. - Разве я могу сделать тебе больно?
- Другим же сделал, — отражаю его вопрос.
- То были другие. - Беззаботно ведёт плечами, расплываясь в кровожадной улыбке.
- Ты пугаешь меня. - Медленно отступаю вправо, импульсивно поправляя на плече ремешок сумки.
- Поэтому ты сбежала?
Зотов провожает взглядом каждое моё движение, тянется ко мне рукой, тем самым напоминая своего дядю, который буквально вчера так же "помогал" поправить сползающую с плеча сумку.