Богдан повёл себя в приюте, как настоящий мужчина. Невозможно было не восхититься его помощью и добротой. Но это вовсе не значит, что я потеряла голову. Не потеряла. Не могла ведь?
Сейчас бы влиться в учёбу, а не сидеть дома и заниматься самоедством, копаться в своих чувствах... Однако, нельзя.
На время следствия мне категорически запрещено появляться в университете, сталкиваться с родителями или друзьями Зотова, которые ведут собственное расследование и поднимают все связи, желая обелить Вадима в глазах общественности, тем самым превратив меня в ведьму - искусительницу, что своим недостойным поведением бросила тень на золотого мальчика.
Если бы не мой Марсик - давно сошла бы с ума в четырёх стенах.
***
Богдан позвонил утром, предупредил, что заедет за мной в восемь. Как - то поздновато что ли для свидания... Но возмущаться я не стала. Обещала быть готовой к этому времени.
Однако, после того, как мужчина положил трубку, я занялась самокопанием и поиском отговорок на вечер, вдруг вспоминая, что он предполагается с продолжением.
Выпив успокоительный чай, покинула квартиру, решив немного развеяться на свежем воздухе.
Я чувствовала себя неловко, прогуливаясь по парку, где, как и вчера, за мной по пятам следовал молчаливый оперативник. Помню этого мужчину с тех пор, как неделю пролежала в больнице после аварии. Он дежурил у дверей палаты.
Задумчиво остановившись у ряда деревянных лавочек, скрытых жёлтой листвой едва оголившихся кустов, стала с интересом осматриваться вокруг. Приметив небольшое кафе с панарамными окнами, решительно направилась к нему.
Спустя пять минут, вышла на улицу, крепко держа в одной руке поддон с двумя большими картонными стаканами кофе, а в другой - плотный бумажный пакет с сырниками и клубничным джемом.
Подошла к мужчине, что как верный Хати ждал меня у дверей кофейни.
- Доброе утро, - вежливо поздоровалась, предлагая оперативнику горячий напиток. - Возьмите сами, а то у меня руки заняты.
Тот перехватил картонный поддон и застыл с ним.
- Я домой. Проводите?
- Конечно, Лия Александровна, - отвечает мужчина, следуя за мной к выходу из парка.
Когда перед глазами встаёт знакомая пятиэтажка, быстро вручаю оперативнику бумажный пакет с сырниками и пожелав приятного аппетита, скрываюсь за серой железной дверью подъезда.
Достаю из холодильника вчерашнюю шарлотку. Ставлю чайник. Пока он закипает, отвожу в сторону белоснежную занавеску и наблюдаю с каким аппетитом завтракает мой телохранитель, облокотившись о капот чёрной машины. Мужчина замечает меня и кивает в знак благодарности.
"Ну хоть кому - то хорошо сделала" - думаю про себя, лаская чёрное ушко Марсика, сидящего на высоком подоконнике.
Остаток дня проходит как в тумане.
Просыпаюсь от звука будильника, который поставила, чтобы успеть собраться к приходу Богдана. С трудом разлепив веки, потираю глаза и медленно поднимаясь, бреду в душ.
***
Богдан приезжает немного раньше оговоренного времени.
Уже десять минут наблюдаю во дворе дома его чёрный здоровый танк.
Свет на кухне не включаю специально, чтобы майор не знал - я за ним слежу.
Крепко сжимаю в ладони телефон, чувствуя вибрацию входящего звонка.
Это он.
- Долго в прятки играть будем? - слышу знакомый бас, от которого тут же подгибаются ноги.
- Как ты понял?
- Что ты стоишь за занавеской? - уточняет мужчина, после чего в динамике звучит раскатистый смех майора. - Чувствую твой взгляд, ляль. Не прячься. Выходи.
***
На мне маленькое чёрное платье, которое все время приходится одергивать вниз. А маленькое оно потому, что купила я его ещё в десятом классе. Очень узкое и короткое - то, что нужно для свидания с мальчиком, от которого без ума большая половина девчонок.
В тот день я собиралась в кино с Сашкой Комаровым, который был для меня всем миром. Красивый, немного худощавый, с прекрасным чувством юмора, душа компании. Я так хотела этого свидания... Черт меня дёрнул после занятий в школьном бассейне пойти домой с мокрой головой. Я так бежала, чтобы успеть собраться, накраситься, быть самой лучшей, самой красивой для него. К вечеру у меня поднялась температура и ни о каком свидании речи уже не шло. Спустя две недели тяжёлого гриппа, я узнала, что Сашка в кино все - таки пошёл, правда с другой. Платье закинула на нижний ярус комода и больше никогда не доставала. Так оно и пролежало у меня с магазинной биркой до первого курса университета.
Собираясь на посвящение в студенты, я выбирала между чёрным и белым. Остановившись на первом - пожалела, но позже.
В клуб с Элькой мы так и не попали. На крутой лестнице подруга неудачно оступилась и порвала связки. Помню, как я тащила её на себе до такси, чтобы потом таким же образом добираться до дверей травмпункта.
Злой рок преследовал меня, стоило только надеть именно это чёрное платье. Я называла его "маленькое несчастье".
Вот и сейчас, сидя в машине Богдана, который периодически отвлекался от дороги, косясь на мои ноги, скрытые тонким капроном колготок, я чётко осознавала - несчастью быть. Проклятье маленького чёрного платья уже начало действовать.