Приговаривал маг, просматривая старинный фолиант. На желтых пергаментных страницах, был схематично изображен трехглавый огнедышащий дракон. Он отложил книгу в сторону. В душе клокотали невысказанные чувства. В школе идет настоящая война, а учителя делают вид, что все в порядке, и это школа по перевоспитанию, какое к Мерлину перевоспитание, они не понимают что своими руками создают врагов, которых впоследствии будут бояться? Ох уж эти гуманистические замашки, а с чего все началось? С дебильного Поттера, с его политики прощения и сочувствия. Теперь получите, год, два и в школе будет сформирована армия, прошедших жесточайший отбор преступников, а если в её главе встанет хитрый и расчетливый предводитель, если у него хватит ума направить их гнев в нужное русло, то им придется несладко. Конечно, маги победят, на их стороне волшебство, сила и разум, но …., но…
Вас вызывает министр светлой магии, - дверь приоткрылась и в кабинет втиснулась голова курьера. Смешная форменная шапочка с огромной блестящей кокардой, начищенной, так что блестела даже в темноте, закрывала длинные эльфийские уши домовика. Через плечо его была перекинута голубая лента, с трехцветной сложной розеткой на плече. Сочетание цветов было самое дикое – ярко- жёлтый, красный и глубокий зеленый, болотный оттенок, сошлись в своеобразном атласном цветке. Домовик шаркнул ножкой, и поклонился. Как не пытался Поттер вытравить из маленьких существ взлелеянное веками верноподданичество, ничего не получилось, только и смог что уговорить их одеваться поприличнее, - все министерские служители носили длинные тоги, из простыней тонкого льняного полотна. Тео намеренно наступил на кончик длинного одеяния посланца, усмехаясь про себя как тот дернулся и болезненно сморщил и без того плаксивое старческое личико. Хотелось придавить его к земле, что бы не мешался под ногами, или дать пинка, как мячику, разбив жалкое существо о стену. Тео остановился – откуда у него появились подобные мысли, раньше он не замечал за собой подобной жестокости, похоже он сам начал сходить с ума от этой школы. Он вдруг понял, почему мадам Бьянка порой ведет себя как помешанная, - надо что-то с этим делать, твердо решил он и толкнул дверь в самом конце коридора.
Министр сидел спиной к вошедшему, Тео кашлянул, указывая, что он уже здесь. Волшебник торопливо развернулся.
Теодор Живински, - гостеприимно воскликнул он. – Проходите профессор. Давно не виделись, кажется , последний раз мы пересеклись на семинаре по новейшим формам защитных заклятий. Вы, представляли свои разработки в области щитовых чар. Третий доклад после Мерседес Ваза! Сказать начистоту я пропустил половину вашего выступления, эта Мерс просто прелесть.
Он засмеялся, но Тео только скривился в ответ. Ему была непонятна веселость собеседника, уж слишком он ребячлив, что бы управлять таким аппаратом. Но ничего не поделаешь герой войны, знаменитость.
Мне нужен ордер на обыск.
Тео не любил размазывания, поэтому сразу перешёл к цели своего визита.
Опять кто-то заигрывается с непозволительной магией, запретный плод сладок! Успокойтесь профессор, пошлем команду из Аврората и вам не придёться, отвлекается от своих ученых занятий. Так куда мне направить сотрудников?
Дело слишком деликатно. Это дом известного вам мага, поэтому лучше, если об обыске будет знать ограниченное число лиц.
Министр скинул маску веселости, лицо враз постарело, он сцепил пальцы и оперся о стол.
Кто?
Малфой.
Ваше обвинение…
Ребенок!
Не понимаю.
Мальчик, в этом году отданный в школу святого Брутуса. Подозреваем, что он принадлежит древней религии.
Бред! Это невозможно. Прошли столетия, представители того мира вымерли.
Не все.
Я не могу поверить. Вы что-то путаете. Я конечно не оспариваю ваших научных трудов, но это похоже на то, что вы сообщаете о находке живого динозавра. Это абсурд.
Так вы дадите ордер?
Нет. Я знаю эту семью, оба сына учатся в Хогвартсе, младшая девочка поступила на первый курс, кто же по вашему, в школе этого Брутуса?
Мерлин.
Что?
Мерлин, самый младший. Да его так зовут – Мерлин!
Подождите профессор, мы не понимаем друг друга! Вы, сейчас, пытаетесь, меня убедить, что у четы Малфоев есть еще один ребенок? Почему тогда никто не знает о нем? Мальчику пятнадцать, насколько я могу судить о возрасте приема в школу, и вы хотите меня уверить, что пятнадцать лет о существовании еще одного сына, никому не было известно?
Ему было двенадцать.
Двенадцать?
Да двенадцать, тринадцать исполнилось в октябре, - Тео стал напоминать сам себе попугая, это было невыносимо.
Министр оказался еще тупее, чем он предполагал. Ну конечно, если он предпочел разглядывать затылок Мерси, во время его доклада, то это много объясняет. Он взял себя в руки,
