Монстры повсюду полностью

- ...теперь они все знают... чувствуют это... ощущают это... видят это в своих видениях... близко, очень близко... все эти безмозглые маленькие черви, о да, они не могут заслониться от величия того, что приходит... они принадлежат ему, все до единого! – дыхание Слоата стало очень частым. Послышалось тихое шуршание бегущих насекомых, когда что-то двигалось по полу, за которым последовал хлопающий звук, как будто простыней на веревке или... расправляющихся крыльев. - Время пришло, и мы сделаем так, чтобы это произошло... Я слышал голоса, зовущие из зеленых бездн, где катятся черные сферы...

Затем раздался этот дребезжащий голос, который, по мнению Филли, не мог сымитировать ни один человек. Он колебался, тон его становился то выше, то ниже, как у радиосигнала, идущего с большого расстояния:

- ...Йа йа Ктулху фхтагн... сейчас, как и в прошлые дни... высокие обезьяны больше не властны... истреблены гневом... и Он, о священный и любимый владыка, восстанет из затонувшего города... и как Черный Козел правит лесом, так и Миллионы Злобных Разумов будут насыщены... даже сейчас они приближаются... к Оку Полыни... йа... как в стародавние незапамятные времена... древние звездные звери пробудятся в своих гробницах под ледяными холодными пустошами... наполнят небеса... это будет время роения, как в древности... воздайте хвалу тому, что сидит на корточках во тьме... пусть то, что ждет в центре первобытного хаоса, услышит наши многочисленные голоса...

Филли был напуган до полусмерти, потому что, сколько ни твердил себе, что все, что он слышит из камеры Эдди Слоата, всего лишь бред больного разума, но сам себе не верил. Ибо что-то внутри него отпрянуло и задрожало от ужаса. Филли знал, что где-то там, в ночном черном космосе, в хаотическом великолепии ждет нечто, и оно придет за человеческой расой.

Лежа без сна, Куган слышал это совершенно отчетливо:

Цок-цок-цок.

Оно появилось снова, и было еще ближе. Плоть Джонни покрылась мурашками. Слюна пересохла во рту. Он хотел окликнуть Луиса, но не осмелился объявить о своем присутствии тому, что приближалось по коридору. Казалось, в тюрьме исчезли все звуки, воцарилась всеобъемлющая мертвая тишина. Были слышны только бормотание какого-то измученного зэка, молящегося в ночи, и эти щелчки.

Оно приближалось.

Единственным включенным светом были лампы системы безопасности, и они отбрасывали тусклый, почти жуткий свет на стены камер. Цок-цок-цок. Куган почувствовал запах, похожий на смрад сухой гниющей соломы. Он знал, что это была та самая вонь, которую Луис почувствовал в своем доме, когда к нему приходил Ми-Го. Крепко зажмурив глаза, более чем напуганный, Джонни выжидал.

Запах становился все сильнее.

Необъяснимый холод проникал сквозь решетку.

Он приоткрыл глаза и увидел, как над ним промелькнула гротескная, искаженная тень, когда что-то проскочило мимо его камеры. А потом исчезло, и запах стерся из памяти. Но каким-то образом Куган знал, что это еще не конец, потому что именно это Луис называл "порчей": способность видеть их со стороны, узнавать их, когда другие не могли.

Теперь он слышал звук шагов.

Это был всего лишь охранник, совершавший обход. И ничего больше. Куган прислушался, когда туфли на мягкой подошве подошли ближе, затем остановились перед его камерой. В полумраке он мог видеть караульного... но также и кого-то еще, стоящего прямо за ним... мутного, призрачного, сгорбленного, как тролль из книги сказок. Эта фигура, казалось, обретала твердость, становилась более существенной... наполнялась, обретала плоть, словно ее накачивали гелием. Какой-то кошмарный мультяшный бугимен, наполняющийся украденной, газообразной жизнью... лицо выпуклое и искаженное, как у кишащего опарышами трупа, черные кристаллические глаза запавшие в продолговатые дыры, губы красные и раздутые, как черви, спаривающиеся в бульоне из желчи.

И злая, издевательская ухмылка.

Это был Фрэнки МакГрат.