Холодное железо пришлось порождению Бездны не по вкусу: от мощного удара прутья выгнулись, но не пропустили потустороннюю тварь дальше. И пока нечистый медленно просачивался на эту сторону, у меня появилось время запереть на засов усиленную стальными уголками дверь, сорвать со стены потухший факел и несколькими судорожными движениями намалевать на полу вписанный в круг пентакль. И только закончил выводить в центре символ Изначального Света, как брызнуло острыми щепками полотно.
Выругавшись, я заскочил в первый попавшийся кабинет с выходившими на улицу окнами, на которых, по счастью, не оказалось решеток, и под скрежет выламываемого засова выбросил на мостовую папку дознавателя. Следом выбрался на карниз сам, свесился вниз и разжал руки.
Падение на брусчатку болью отозвалось во всем теле, я кое-как поднялся с камней и заковылял прочь от здания ночной гвардии, но за спиной в воздух немедленно ввинтилась пронзительная трель свистка. Обернулся — вдогонку неслись в недобрый час оказавшиеся поблизости стражники.
Вот ведь!
И хуже того — из соседнего переулка выкатилась двуколка! Легко опередив тяжело переваливавшихся при беге дядек в кирасах и морионах, экипаж стремительно приближался, и буквально пару мгновений спустя нас разделяло всего лишь два десятка шагов. Готовясь сигануть в сторону, я оглянулся — и не поверил собственным глазам: на козлах сидела Берта.
— Прыгай! — заорала она.
Я поднатужился, одним махом заскочил в двуколку и без сил повалился на сиденье.
— Н-но! — Циркачка взмахнула вожжами, и мы пуще прежнего понеслись по узеньким улочкам Лираны. И если поначалу меня еще волновало, как бы девушка не заехала в тупик, то вскоре опасения развеялись без следа. Берта точно знала, что делала. И это немного даже пугало.
— Ты откуда здесь? — кое-как отдышавшись, прохрипел я.
— Следила, — без тени смущения призналась девушка. — Как чувствовала, что в неприятности влипнешь…
— А двуколка?
— Лучше не спрашивай.
Я и не стал. Просто откинулся на спинку и стиснул зубы, чтобы не замычать от боли — падение со второго этажа окончательно растрясло внутренности.
Девушка с сочувствием глянула на меня, но приставать с расспросами не стала. А потом стало уже не до разговоров: оторвавшись от погони, мы загнали двуколку в один из глухих переулков и ушли дворами. Немного поплутали, счистили с моего камзола наиболее вызывающие пятна крови и отправились в Старый Жемчужный переулок.
Ничего другого мне просто в голову не пришло.
В снятой на чужое имя комнатушке я сразу повалился на заправленную постель, и попросил Берту:
— Вина!
Девушка задвинула засов и поморщилась:
— Разуться не мог?
— Сил нет, — признался я и сунул набитую рисунками папку под кровать.
— Хорошо вы, мужики, устроились, — проворчала циркачка, стягивая с меня ботинки, — никаких забот…
— Общеизвестный факт — женщины выносливей мужчин.
— Да что ты говоришь? — Берта распахнула буфет, наполнила из стоявшего там кувшина две кружки и присела на кровать. — Держи.
Я одним махом влил в себя вино, подавился, откашлялся и блаженно откинулся на подушку. Накатила расслабленность, и захотелось лишь одного — напиться и уснуть.
— Эй! — потормошила меня девушка. — Что делать будем?
— Ноги уносить, что еще?
— А остальные?
— Это уже не наша забота.
Путая следы, мы нашли время посетить почту, и в местное представительство банкирского дома «Стерлих и Грац» отправилась невинная на первый взгляд просьба об отсрочке платежа по кредиту. Только вот предназначалась она вовсе не клеркам, и уже завтра розысками Гуго, Валентина и Марка займутся все агенты стильгской Тайной службы в городе.
— Не наша?! — тут же взъелась на меня циркачка. — Как ты можешь так спокойно об этом говорить?
— Окстись! — одернул я девушку и осторожно прикоснулся к здоровенной шишке на лбу. — Стоит нам только на улицу выйти, сразу повяжут!
— И что делать? — поежилась Берта и глотнула вина. — Что нам теперь делать?!
— Для начала — налей мне еще. — Морщась от боли, я стянул слишком узкий сюртук и выкинул его на пол. — Пару дней здесь переждем, потом попробуем на корабль сесть.
— Сюда не нагрянут? — Циркачка перетащила кувшин к кровати и уселась рядом со мной.
— Нет. Это не постоялый двор или доходный дом, просто хозяин таверны комнаты по знакомству сдает.
— А в порту разве ждать не будут?
Я хлебнул вина и задумался.
— Ну… — решил наконец, — проскочим. Армейская разведка и ночная гвардия меж собой не ладят. Одни шпики станут молодую девушку искать, другие — побитого парня. Не обоих сразу.
— А документы?
— Все есть.
Берта немного успокоилась и налила нам по новой, но даже после выпитой кружки вина на ее щеках так и не заиграл румянец. И лишь зеленые глазища немного оживляли превращенное в подобие гипсовой маски неподвижное лицо.
— Чего ты так на меня уставился? — заподозрила девушка неладное.
— Думаю, как тебя загримировать. Такую красавицу точно ни один стражник не пропустит.
— На себя посмотри. Придется ждать, пока синяки сойдут.
И порезы надо обработать.
— Посмотри на нижней полке комода.
