— Бедняжка до сих пор любит своего покойного жениха… — подтвердила предсказательница.
— Кто этот влиятельный человек?
— Зачем вам это, Себастьян? — вкрадчиво поинтересовалась Магда. — Вы так устали; позвольте мне помочь вам расслабиться…
Усталость обернулась неподъемными кандалами, глаза начали закрываться сами собой, но забытье не приходило — вместо него в голове разгоралась боль. Словно сотни раскаленных игл пронзили череп изнутри, остыли и вновь раскалились докрасна. И так раз за разом, раз за разом…
Смежив ресницы, я облизнул пересохшие губы и повторил вопрос:
— Разве я могу расслабиться, когда так близок к разгадке?..
— Можешь, конечно, можешь, — улыбнулась Магда, положила руку мне на плечо и вдавила в кресло. — Но я скажу. Это маркиз Витайла, а теперь расслабься…
— Вот как? — хмыкнул я и попросил ведьму: — Будьте так любезны, посмотрите мне в глаза.
— Что?! — Предсказательницу просто откинуло. Подобно рассерженной кошке, она забилась в угол и с ужасом уставилась на меня оттуда. — Да кто вы такой?!
— Просто человек, у которого от вас болит голова.
— Ах, вот оно как…
— Ну что ж, — массируя виски, пробормотал я, — окажите теперь мне маленькую услугу, и расстанемся если не друзьями, то уж не врагами точно.
— Чего вы хотите?
— Берта! Выйди к нам!
— Эта потаскуха? — окрысилась гадалка. — Я ни за что не притронусь к этой порченой девке! Ее коснулась Тьма!
— Заткнись, сука! — угрожающе двинулась к ней циркачка, лицо которой сейчас как никогда напоминало посмертную маску. — Или пожалеешь…
— Ну-ка, стойте! — мигом соскочил я с кресла. — И помолчите обе! — Повернулся к забившейся в угол ведьме и потребовал: — Успокойся немедленно! Тебя никто не просит прикасаться к Тьме, просто убери остатки заклинания.
— Просто убрать? — прошипела Магда. — А ты знаешь, каково мне придется?
— Переживешь.
— А если откажусь?
— Тогда, — я опустил руку, поднял, но уже с зажатой меж пальцев рукоятью ножа, — придется тебя убить. Либо мы расстаемся друзьями, либо тебя отсюда унесут.
— Думаешь, меня пугает смерть?
— Думаю — да.
— Мне отвратительна одна лишь мысль, что придется прикоснуться к порченой!
— А мне отвратительна мысль, что придется зарезать такую красивую женщину.
— Сама справлюсь, — оскалилась Берта.
Осунувшаяся гадалка затравленно уставилась на нас и вдруг разрыдалась:
— Я не смогу! — Плечи у нее затряслись, по щекам потекли слезы. — Тьма замарает меня…
— Чушь! Подумаешь, кожа облезет.
— Вы не сможете заставить…
— Не сможем. Либо ты поможешь добровольно, либо умрешь. Иного не дано.
— Этого так не оставят! Я предупредила, куда иду!
— И куда же? На непонятную съемную квартиру встретиться с человеком, которого никогда не существовало?
— Да что вы за люди такие?! — не выдержала гадалка.
— Твое решение?
Ведьма зло глянула на нас, взяла себя в руки и спросила:
— А что потом?
— Получишь цветы…
— А плоды?
— Получишь цветы и уберешься из Ольнаса…
— Вы не понимаете! Сегодня несколько человек уже наложили на себя руки! Если оставить все как есть, смертей будет больше, много больше! Вы возьмете такой грех на душу?
— Не тебе о грехе говорить! — не смогла промолчать Берта.
— Но так нельзя!
— Если встретишь рассвет в Ольнасе, я натравлю на тебя преподобного Астуса, — пообещал я. — А о подсевших на эту гадость людях не волнуйся, о них позаботятся.
— Хорошо, — сдалась Магда. — Я сделаю, как вы просите…
— Если что-то вдруг пойдет не так… Ну ты понимаешь, да?
— Возможно, немного изменятся черты лица, — предупредила ведьма и резко бросила Берте: — Ложись на кровать…
— О-о! — округлила глаза циркачка. — Неужели ты возляжешь на одно ложе с порченой девкой?
— Иди! — рявкнула гадалка и начала разминать пальцы. — Мне понадобится таз с водой. Или хотя бы ведро…
— Хорошо.
— И не мешай нам!
— Договорились.
Я отнес тазик в спальню, поставил его на тумбочку рядом с кроватью и встал в дверях. Но Магда полностью загородила собой Берту, и было видно лишь, как шевелятся плечи ведьмы. Время от времени целительница споласкивала ладони в воде и вновь принималась разминать помертвевшее лицо циркачки.
Я прислонился к косяку и подумал о маркизе Витайле. Зря, ох, зря меня после войны не послушали, когда я предлагал его в превентивных целях под нож пустить. Вовсе не удивлюсь, если у заговорщиков, которые предыдущую великую герцогиню сгубили, именно он верховодил. Один раз сухим из воды вышел, вот и почувствовал безнаказанность.
И у меня в голове начала складываться весьма занимательная цепочка: ведьмы с Дивного, некие сотрудники армейской разведки Драгарна, таинственные вельможи из окружения Грегора Четвертого. И — маркиз Витайла.
Потянуть бы за этот кончик, глядишь, весь клубок и размотается. Потянуть бы — да кто ж мне даст?
