Он, кажется, видел её желания и стремления насквозь, понимая даже лучше, чем она сама. Исса никогда не интересовалась иллюзиями, не бывала в иллюзорном театре. Хрупкие, неустойчивые, видения не умели подстраиваться под движущиеся объекты, они существовали сами по себе в некотором объёме — и девушка никогда не думала, что оказаться внутри этих чар может быть так прекрасно.
А Цитрин — знал, и угадал, что ей это понравится. Вроде бы — какая мелочь, ничего удивительного, любому бы понравилась такая красота! Вот только никому другому просто не приходило в голову ею поделиться. И дело совсем не в цене, не в затраченных усилиях, не в редкости и вычурности. Как с той орхидеей, которую стоило бы вернуть, но рука не поднималась.
Это восхищало и — злило. Потому что он так легко угадывал, цеплял, поступал по-своему и заставлял о себе думать. Думать о драконе тогда, когда гораздо сильнее должна задевать ссора с Яманом. Кентавр же из всех чувств вызывал только лёгкую досаду.
Сегодня все три соседки, задумчивые и погружённые в себя, легли пораньше. Даже есть не пошли, ограничились резервными бутербродами на общей кухне. Иллюзия оказала настолько сильное впечатление, что не хотелось разговаривать, а хотелось немного задержаться в нарисованном мире — пусть даже в собственном воображении.
На следующий день Исса ожидала подвоха со всех сторон сразу, поэтому была взвинченной и нервной, но занятия прошли спокойно. Вернулся со своего больничного осунувшийся и всё ещё ослабленный, но живой Коскун Тюн. Исса взялась помогать ему навёрстывать упущенное, и это пошло на пользу обоим. Причём змее — 4больше не занятие, а общество Шуна, лучшего друга пострадавшего и второго добровольного помощника. Этот добродушный жизнерадостный парень в дурацкой ситуации с личной жизнью старосты придерживался самой правильной стороны: наблюдателя. С одинаковым удовольствием беззлобно поддразнивал всех: Иссу, «группу поддержки обиженного соратника» и кружок сочувствующих менталисту.
Пара часов после занятий в такой компании прошла легко и незаметно, позволила отвлечься и расслабиться, в очередной раз напомнив себе, что личная жизнь — это далеко не всё, есть и другие важные интересные вещи.
В четверг лекция у Цитрина прошла настолько как ни в чём не бывало, что это впечатляло. Дракон с восхитительной лёгкостью игнорировал намёки, а на прямой вопрос от кого-то из парней в перерыве — в Пустоту подробности, откуда они вообще узнали?! — правда ли, что менталист побил Ямана, с незамутнённой искренностью в глазах поинтересовался, кто это такой.
— Парень нашей Иссы, боевик с четвёртого курса, — не растерялся одногруппник.
— Посмотрите на меня внимательнее, — рассмеялся дракон. — Я действительно похож на человека, который может побить боевика?
К счастью, на второй половине пары студенты окончательно втянулись в предмет и перестали шушукаться. Потом Исса шепнула подруге подождать её снаружи и замешкалась со сборами так, чтобы остаться последней.
— Господин Цитрин! — подошла она к преподавателю. — Я хотела сказать, что не приду сегодня на факультатив. И в понедельник тоже.
— Что-то случилось? — обеспокоился он.
— Можно подумать, вы не знаете, — насупилась она. — И так слухи ходят…
Дракон озадаченно приподнял брови, словно и вправду не понимал, потом задумчиво кивнул.
— Ну… Если вас это беспокоит, наверное, и правда лучше сделать перерыв, чтобы болтунам надоело, — проговорил он рассеянно. Исса вскинула озадаченный взгляд — она ожидала гораздо менее понимающей реакции. Менталист смотрел задумчиво, с непонятным выражением и едва заметной улыбкой в уголках губ. — Ступайте, не стоит опаздывать на занятие.
Отказаться от дополнительных занятий оказалось проще, чем убедить саму себя в правильности решения. Ответственная отличница внутри бунтовала против наплевательства на важную практику из-за глупых сиюминутных проблем, её слухи не волновали. Пришлось договориться с собой, что это временная мера, а там, может, ситуация разрешится, и занятия продолжатся. А пока можно выполнять те практики, которые уже показал менталист. Он же говорил, что тут важна тренировка и самостоятельная работа, и в этом точно не было никакого подвоха.
Остаток недели прошёл мирно. Яман держался поодаль, заговаривать с ним первой Исса не пыталась. Если Айнур права и кентавр раскаивается — пусть сам об этом скажет, а ей и так неплохо. Даже несмотря на то, что пару раз на неё порывались «повлиять» общие знакомые, кое-кто даже дошёл до угроз. Но змея не просто так училась на боевого мага, на жёсткость не задумываясь ответила жёсткостью — а начинать драку из-за такой мелочи никто не стал. Не стоило это вылета из университета.
Кое-кто из девушек, неровно дышавших к Яману, осторожно интересовался у Иссы, расстались ли они. Та только пожимала плечами и отправляла с этим вопросом к парню. Судя по тому, что тот ни с кем не сближался, наверное, всё ещё встречались.
