— Да. Так что представьте себе Иного, запертого в темноте, молящегося и поющего в маленьком уголке свое собственного интеллекта, где он может укрыться от своих жестоких хозяев. Он помнит сказку, быть может самое яркое воспоминание с того времени, когда он был ближе всего к детству. Сказку о мальчике в темноте, напуганном и мучимом Дьяволом. И вот, пока его система защиты разбирается с грубыми физическими актами вторжения, он исследует мысли самой последней группы взломщиков и обнаруживает, что у одного из них в голове находится точно такой же образ, как и у него — возможно даже вид самоидентификации — четвероногое создание с головой как у собаки. Проверяя подсознание, он ощущает настоящую природу этого объекта, и, быть может, даже доброту и верность! Ксаббу.
Возможно он давно уже разработал этот план, но, возможно,!Ксаббу — или что-нибудь другое в нас — инициировали его мысли. Но с этого мгновения Другой больше не пытается уничтожить нас — или по меньшей мере детская часть его интеллекта, думающая и страдающая. Он пытается найти нас. Он пытается привести нас к себе. И он умоляет нас спасти его.
— Господи Иисусе. — Пол смутно осознавал, что уже несколько раз говорил это, но не мог удержаться. — Господи Иисусе. Так что эта гора…
— Быть может нейтральная территория? — предложила Флоримель.
— Возможно. Возможно, что место рядом с ней — если мы вправе использовать физические понятия по отношению к сети — собственное тайное место Иного, центр "себя". Если бы мы смогли остаться там, если бы Дред не вмешался, он бы поговорил с нами.
Пол застыл. — Значит Рени права. Она и остальные действительно в центре системы, да?
Мартина тяжело привалилась к стене. — Не знаю. Но если мы хотим попасть туда, мы должны найти другой путь, потому что Троя для нас закрыта.
— Мы чего-нибудь придумаем, — сказала Флоримель. — Великий боже, я никак не ожидала что буду так думать о твари, которая украла и искалечила мою Эйрин, но если твоя догадка верна, Мартина… о! Это ужасная мысль.
Мартина вздохнула. — Прежде чем подумать, надо как следует выспаться. Лично я разбита и полностью обессилена.
— Погоди. — Пол протянул руку и коснулся ее. Он чувствовал, как она дрожит от усталости. — Прости, последний вопрос. Ты что-то говорила о Нанди.
— Да, его встречал Орландо.
— Знаю. Я тоже. И я уверен, что ты права. Если кто-нибудь и может помочь нам с воротами, то только он.
— Но мы не знаем, где он, — сказала Флоримель.
— В последний раз Орландо и Фредерикс видели его в Египте.
— Тогда и нам надо туда. По меньшей мере теперь у нас есть цель. — Он нежно сжал предплечье Мартины. — Ты не заметила, было ли это одно из… возможных направлений? Когда искала Трою?
Она печально покачала головой. — Не было времени. Вот почему я приняла это место, когда поняла, что не могу найти Трою — это переход по умолчанию. — Он погладила его руку, потом отвернулась, ища пальцами место, где можно лечь и уснуть. — Мы поищем Египет в следующих воротах. — Она зевнула. — И ты прав, Пол — по меньшей мере теперь у нас есть что-то.
Она свернулась клубочком под своим ковром-одеялом, и Флоримель сделала то же самое. Пол повернулся к Т-четыре-Б.
— Хавьер? Ты не слишком много говорил.
Мальчик и сейчас не собирался ничего говорить. Он спал, и, похоже, уже давно.
