Женщина рядом с ним твердо сжала рот. Дред улыбнулся. Да, с этой намного приятнее, чем с Дульси, перед которой он вынужден казаться дружелюбным. Ему от нее еще слишком много надо. Он должен узнать все, что только возможно о сети Грааля, но, кроме того, теперь, когда он убедился, что Старика нет, и уже давно — во всяком случае его личная линия связи мертва, и, даже если он где-то бродит внутри системы, он там заперт, как на необитаемом острове, как и бывшие товарищи Дреда — ему надо проникнуть в личные файлы Жонглера. Ему ужасно не хватает сведений об операционной системе и, конечно, о том, что находится за пределами маленького наглухо запертого мира Иноземья.
Потрясающие перспективы! Контроль над Иноземьем, который вначале казался пределом мечтаний, может быть только началом.
Купец Сенеб оказался не самым умелым воином, но старый жрец вообще не мог сопротивляться. Его беззубый рот только раскрылся в отчаянном крике, кода более молодой противник схватил его и ударил головой о полированные камни пола храма, опять и опять.
Гостья Дреда закрыла глаза. Он улыбнулся. Если она думает, что так решит проблему, то очень удивится, когда ее веки исчезнут. Он повернулся к другому гостю, который застонал, приходя в сознание.
— Немного устал? — Дред махнул серебряным посохом, купец и жрец закричали от нестерпимой боли и вместе упали в грязь. Все зрители тоже истошно завопили. Дред заинтриговано посмотрел на них: он ожидал, что они все умрут от боли. — Тогда пришло время вернуться к нашему дельцу.
— Ты можешь мучить меня столько, сколько хочешь, — сказала женщина. — Даже если ты
— О, какие мы. — Дред наклонился к ней и уткнулся своей огромной мордой в щеку, а влажный нос сунул в ухо. Он облизнул ее голову, и спросил себя, что бы он почувствовал, если бы откусил ей голову. Интересно, на настоящих людях это как-то отличается? Он хорошо потренировался на виртуальных жителях Иноземья. — Давай поиграем в игру… как тебя зовут? А, Бонни Мей. Давай сыграем, Бонни Мей. Каждый раз, когда ты скажешь мне что-нибудь полезное о Круге, или о моих друзьях, с которыми, я знаю, ты встречалась, я буду дарить тебе целый час без боли. Играй правильными картами, и ты проведешь незабываемые каникулы здесь, в солнечном Египте.
— Я не скажу тебе ничего. Изыди, Сатана.
— Хорошо, хорошо, я уверен, что ты будешь держать рот на замке, как холодная маленькая мученица, что бы я не делал с тобой, маленькая Красная Шапочка. По меньшей мере вначале. Но хватит терять время. — Он повернулся и притянул массивную руку к другому пленнику. Кончики сильных черных пальцев Дреда раскалились до красна. — Как долго ты сможешь молчать, если твой маленький друг-индеец подвергнется заслуженному тобой наказанию? — Он с вожделением посмотрел на пленника-мужчину. — Хочешь уйти из этой симуляции прежде, чем я закончу с ним, а? — Он свел свои длинные пальцы на ноге мужчины. Крик пленника перекрыл вопли толпы и заставил их всех упасть на пол.
— Нет! — крикнула женщина. — Остановись, Дьявол. Прекрати это!
— Но это и есть самое главное, дорогая. — Дред поднял дымящийся палец и насмешливо изобразил беспомощность. — Это не я должен прекратить это — но ты сама.
— Не… не говорите ему ничего, миссис Симпкинс! — Нанди Парадиваш корчился от невыносимой боли, но старался держаться прямо. — Я не меньше вас готов к страданиям. Моя жизнь ничто. Моя боль ничто.
— О, напротив, — сказала Дред. — Есть разница. И если она не хочет говорить, чтобы спасти тебя, я думаю, что ты заговоришь, когда я начну работать с ней. — Он оскалился, показав линию великолепных зубов, похожих на шахматные фигуры, вырезанные из слоновой кости. — Потому что с женщинами я работаю лучше, чем с мужчинами.
