— Худо, но их расточительность им позволительна. Каждый год у них гибнут на корню миллионы кубов перестойного леса. Выгодно даже сжигать часть угодий…
Кларк словно не слышал:
— И в то же время за пять кубов древесины на внешнем рынке русские получают примерно пятьдесят долларов, платят за тонну полученной целлюлозы из их же сырья — до трехсот…
— Пусть платят, — синеватые круги окаймили глаза Банда.
— По-мне то же самое. Но шведское и финское оборудование для новых заводов они закупили… В прошлом году Канада с ее населением в семнадцать миллионов человек заготовила почти сто миллионов кубов древесины. Советам посилен и миллиард…
Банд сухощавой желтой рукой отодвинул рюмку, достал носовой платок, приложил к одной, ко второй залысине:
— Что ты хочешь этим сказать?
Кларк смотрел на свои белые, короткопалые руки и был уверен, что под его кожей течет гораздо больше свежей и алой крови. Рушился общий настрой и характер продуманного доклада.
— А то, что Швеция вырубила за год сорок семь миллионов кубов, Финляндия — пятьдесят два, Япония — шестьдесят пять. Но не смогут повысить вырубку хотя бы на двадцать процентов. Загубят себя и лес. — Кларк уперся глазами в Банда. — Я думаю, не случайно Япония на Дальнем Востоке уже наступает Штатам на хвост. Ее сотрудничество с Россией — еще одна пилюля для нас. По новой сделке японцы собираются строить в Сибири заводы и ставить свое оборудование. За это хотят иметь лес. Такой безвалютный обмен выгоден для обеих сторон…
— Сколько эмоций, Гарри?! — упрекнул Банд.
— Это не эмоции, Джо! — возразил Кларк. — Я просто хочу еще раз напомнить, что русские берутся за лесохимию обеими руками. Но в течение пяти лет после пуска заводов, построенных японцами, они не будут иметь права экспортировать с этих предприятий бумагу и целлюлозу. К тому же им надо насытить свою страну. Вот почему, повторяю, лет десять, пятнадцать сфера действия Штатов на внешнем рынке останется прежней.
Элегантный официант принес бульон с пирожками, и разговор на время прекратился. Подобные молодые люди, в черных костюмах, белых сорочках, с бабочкою в воротнике, не внушали доверия Банду не только в Штатах, но и в любой стране. Кстати, его неприятно поразило, что в холле гостиницы еще вчера он встретил Риджа — одного из директоров конкурирующей компании…
Мысли Кларка были, заняты другим. Он понимал и не понимал позиции Банда. Имея десяток журналов «Палп энд Пейпа», можно, действительно, не покидая Штаты, составить ту часть доклада, которую кратко он изложил. Но ему-то, Кларку, хотелось нарисовать объемную, рельефную картину. Он уже представлял себе, как за добрые четверть часа до начала Большого Совета является в резиденцию компании. В центре зала огромный, напоминающий подкову стол. В вершине подковы высокое кресло главы и основателя компании. Справа и слева занимают места директора. Сам он, Кларк, размещается напротив, за отдельным столом докладчика. Консультанты, юристы, стенографисты, секретари, сидят вдоль боковых стен зала и для Кларка не существуют. Он излагает первую часть доклада, затем вторую — о последней поездке в СССР, а далее выводы: «Итак, господа, существующее мнение о развитии лесохимии в Советском Союзе ошибочно! Как ни больно, но с полной ответственностью, вынужден заявить»… Он был уверен, Большой Совет одобрит доклад, признает необходимым, если не полным составом директората, то приближенно к тому, посетить Советский Союз, завязать деловые связи с предприятиями лесохимии, научно-исследовательскими и проектными институтами, заключить ряд коммерческих сделок… Все это произойдет благодаря ему, Кларку. В конце концов, его личная цель — показать себя не только думающим компаньоном, но и сделать на этом посильный бизнес. Так почему же с Бандом он не может с первых шагов найти общий язык?
Официант ушел. А Банд, о чем-то еще подумав, вдруг заявил:
— Впрочем, Гарри, ты подал одну блестящую мысль. Не знаю, умышленно или случайно, но так. Ты догадываешься, о чем я?
— Нет! — признался Кларк. В эти минуты, как никогда, он хотел бы знать сокровенные мысли старшего партнера.
Банд допил бульон, вытер салфеткой рот и только тогда снова заговорил:
— У шефа надежные связи с людьми, которые могут помочь получить долгосрочную ссуду. Спросишь — зачем? Из денег всегда можно сделать новые деньги. Но тем людям в сенате и Пентагоне надо внушить, что Штаты могут отстать от своих противников в производстве стратегических товаров, что у компании нет нужных сумм… Трюк? Согласен! Но нам безразлично, из чего выколачивать доллары, лишь бы их выколачивать. И если завтра невыгодным будет наше дело, шеф первым сплавит акции и вложит свой капитал во что угодно, но не в лесную промышленность. А теперь рассказывай о поездке.
Кларк начал без прежнего вдохновения, но к концу увлекся, разговорился. Банд слушал не без внимания, больше того, пришел к выводу:
