Холх прыгнула, двигаясь почти так же тяжеловесно, как и готовая отложить яйца Орлих. На мгновение Морета испытала смятение - много Оборотов они с Орлих летали связанные воедино, сливаясь сознанием друг с другом. Как же она сможет теперь понять Холх? Но тут она ее поняла. Вот она, Холх, совсем рядом, а над ними парит разум Орлих... Ревность? Нет, Морета не ощущала никаких отрицательных эмоций - только беспокойство, что Морете не удастся как следует найти общий язык с Холх. Но Морета и старая королева уже чувствовали друг друга, сливаясь в единое целое. Как свою собственность наездница воспринимала усталось Холх и ее решимость во что бы то ни стало помочь Тамианх.
- Спокойно, и не торопись, - ободряюще сказала Морета.
Она представила себе характерный гребень Вейра Плоскогорье зазубренную расческу с семью пиками разной высоты.
- Я знаю, куда лететь, - сказала Холх. - Доверься мне.
- Разумеется... - отозвалась Морета, прекрасно понимавшая, что старая королева значительно превосходила Орлих по опыту. - Перенеси нас к Вейрру Плоскогорье.
Вместо своего обычного стишка Морета на сей раз во время Промежутка пыталась проанализировать различия между двумя королевами. Мысленный голос Холх был старческий и усталый, и одновременно твердый и глубокий - богаче, чем у Орлих. Возможно, когда Орлих достигнет столь же преклонныйх лет, ее голос тоже приобретет такую же удивительную глубину и богатство нюансов.
И вот они уже над Плоскогорьем, и Холх облетает острые пики, и закладывает крутой левый вираж так, что Морета отчетливо видит и землю, и сидящих на ней раненных драконов. Вокруг них - кучки людей, и самая большая - около Тамианх. Приглядевшись, Морета увидела, что королева потеряла хвостовые концы всех трех мембран. Кроме того, у нее на боку красовался страшный ожог.
- Как такое могло случиться? - в ужасе спросила Морета.
- Слишком много забот сразу, - ответила Холх. - А еще ей очень хотелось помочь крыльям.
Она передала наезднице то, что знала о случившемся, и Морету захлестнула бесконечная жалость к израненной королеве. Тамианх поднималась под углом так, чтобы Фалга могла без труда пользоваться огнеметом, но как назло, они внезапно попали в сильный восходящий поток воздуха. Прежде, чем дракон и наездница успели что-либо предпринять, большой клубок Нитей упал на крыдо к Тамианх, а оттуда на ее плечо, задев при этом и ногу Фалги.
Холх не могла повернуться на кончике крыла, как это любила делать Орлих, но старая корлева рассчитала свой полет до сантиметра и, планируя, мягко приземлилась рядом с Тамианх.
- Ты могла бы помочь мне снять ее боль? - спросила Морета у Холх, поспешно спрыгивая на землю.
- Орлих с нами, - с достоинством отозвалась Холх.
Рядом с Тамианх на носилках лежала Фалга. Два лекаря усердно заворачивали ее ногу в повязки, обильно покрытые обезболивающей мазью.
- Тамианх! - позвала Морета, надеясь, что дракон услышит ее, Тамианх! Это я, Морета. Я прилетела тебя лечить!
Тамианх судорожно мотала головой и крыльями, не давая никому приблизиться. Раненное крыло, видимо, причиняло ей невыносимую боль.
- Да держите же вы ее! - заорала Морета во все глотку и всю мощь своего ума.
Другие раненные драконы, как, впрочем, и дежурный дракон, заревели в ответ. Холх, встав на дыбы, распахнула крылья и призывно затрубила. Из вейров вокруг появились драконы - те, чьи больные всадники не смогли вылететь на Падение. И вдруг Тамианх замерла, скованная волей драконов кругом ее.
- Ну давайте же! - закричала Морета в изумлении оглядывающимся людям. - Накладывайте мазь! Быстро!
Схватив лопаточку и горшочек с мазью, она саа принялась за работу, одновременно оценивая тяжесть ранения. В чем-то это травма напоминала ту, что получил Диленх. У того пострадал ведущий передний край крыла и была задета кость, а у Тамианх хотя кость и осталась цела, неповрежденной мембраны осталось совсем мало. Нескоро она поднимется в воздух.
- Мы можем чем-нибудь помочь дракону? - невысокий мужчина с широким подбородком и приплюснутым носом возник как из под земли у ее плеча. Другой мужчина, примерно такого же роста стоял у него за спиной с тревожным выражением на лице, разглядывая пострадавшее крыло. На обоих были пурпурные одеяния лекарей. Морета покосилась на носилки Фалги. - Она без сознания, - поспешил объяснить первый мужчина. - Мы перевязали ее раны. Сейчас для нее все равно больше ничего не сделаешь...
- Мне потребуется тонкая ткань, масло, иглы, стерильная нить...
- Я не из этого Вейра, - сказал мужчина, поворачиваясь к своему спутнику. Тот кивнул, и побежал в сторону низкого каменного здания, где располагались вейры Плоскогорья. - Меня зовут Прессен, - представился мужчина.
- Помоги наложить мазь, Прессен. Вдоль всех костей. Я хочу, чтобы мазь покрывала их толстым слоем, особенно возле суставов. Делай так же, как если бы ты оказывал помощь пострадавшему от Нитей человеку. И рану на теле тоже замажь. И погуще.
