«Кажется, здесь живёт Аврора», — подумала Гидра и поскреблась внутрь тихонько. — «Если не спит, то откроет».
Фрейлина действительно открыла. Она была ещё не готова ко сну: одета в тёмно-коричневое платье, волосы собраны. Видимо, ожидала возвращения своей госпожи.
— Ваше Диатринство, вот вы где, — прошептала Аврора. Её лицо со дня смерти диатрина Энгеля не менялось: словно маска, на которой застыла боль, оно припухло от слёз и тоски.
Гидра окинула глазами её довольно скромное жилище. Небольшое трюмо с зеркальцем размером с ладонь, книжный секретер, аскетичная постель под окном.
Затем она вернулась глазами к фрейлине и вдруг увидела, что та теребит в руках небольшой цветок лилигриса.
— Что это у тебя? — холодея, спросила Гидра.
— Это? А, это… цветочек, как те, что мы видели у подножья горы, помните? — рассеянно ответила Аврора. — Нашла его на своей постели. Может, его тоже принесла какая-нибудь озорная кошечка?…
Но Гидра вырвала белый с полосками цветок из её рук и бросила на пол. И, дрожа, притянула Аврору к себе. В ушах ещё звучал рассказ сэра Леммарта о том, как лорда Магра Денуоро разорвали в собственной постели, и голос гвардейца эхом подтверждал, что такое уже было. Даже с певицей Сагарией Райской Птицей.
А «требуха» поросла цветами вместе с матрасом.
— Это чертовщина, — выдохнула Гидра. — Это тисовые тигры…
— О чём вы, Ваше Диатринство?
«Это колдовство», — осознавала Гидра. — «Кто-то из высшей власти им владеет. И пользуется. Чёрт возьми! Может, это имел в виду диатр Эвридий? Кто владеет силой тигра Мелиноя и способен направлять её, тот владеет Рэйкой?»
Она рванула руку Авроры на себя и повлекла её за собой, в свой будуар. Сердце билось, разгоняя кровь по утомлённым мышцам, а в голове лихорадочно складывались вопросы и вопросы к этим вопросам.
«Но, если так, почему этот кто-то покусился именно на Аврору?» — был самый мучительный вопрос для Гидры.
Пока она не нашла такой же цветок в своей постели.
Лесница громко шипела на него, а, завидев хозяйку, и вовсе стала нападать на неё, отгоняя девушку от алькова.
— И тут! — ахнула Гидра. — Сохрани нас Великая Матерь…
— Что это значит? — тоже заволновалась Аврора, пятясь от вздыбленной Лесницы. — Цветок — это какой-то знак?
— Для убийц, — быстро кивнула Гидра.
«Убийц незримых, невоплощённых, бродящих меж старых мангров, что только и ждут, когда зажжёшь ты для них лунные камни да листья ветивера…»
Сердце пропустило удар. Гидра быстро посмотрела на Аврору: её большие, полные страха и смирения с судьбой глаза овладели всем вниманием диатриссы.
Кто стал бы убивать их обеих? Тавр, несомненно, избавился бы от своей дочери. У него даже колдунья знакомая есть: Тамра. На случай, если его собственных сил, граничащих с мистическими, будет недостаточно. Но Аврора ему на кой чёрт?
«Диатрис Монифа», — сообразила Гидра. — «Она ненавидит Аврору и меня. Только ей хотелось бы смерти нам обеим».
Но зачем ей была гибель лорда Магра Денуоро, сторонника Энгеля?
«Сейчас нет времени изыскивать провинности лорда-канцлера, когда мы сами помечены для савайм!»
— Бежим из замка, — быстро сказала Гидра своей фрейлине.
— Но куда? Разве не стоит доложить диатру Эвану о покушении?
— Бесполезно и поздно, — ответила диатрисса и спешно завернула в платок благовония, лунные камни и змееголовник. — Это не тот убийца, которого можно отвадить местной гвардией. В нашем аптекарском садике ветивер есть?
— Наверное…
— Беги и немедленно набери побольше! А также возьми спичек.
Отослав фрейлину, Гидра спешно кинулась в свой гардероб и оторвала несколько золотых лент от своих платьев. Лесница крутилась рядом, панически мяукая.
Холодный пот застилал глаза. «Я так много думала о смерти, но, как только мне представилось, что духи рвут меня на куски, мне сразу расхотелось прощаться с жизнью».
Она сунула под мышку свой гримуар и в сопровождении придворной охотницы выбежала в ночной двор. Аврора уже ожидала её там с сумкой и пучком травы ветивера. Но она была не одна: сэр Леммарт, уходивший с вечернего дозора, стоял рядом.
— Аврора рассказала мне, — рявкнул он, сжимая рукоять меча. — Ваше Диатринство, куда вы собрались ночью? Кто бы ни орудовал в замке, снаружи вы будете только уязвимее.
— Мне некогда с тобой спорить, — прошипела Гидра. — Дай нам уйти и отправляйся к чёрту!
— Я поклялся защищать вас!
Гидра отмахнулась, схватила Аврору за руку и вместе с ней побежала прочь из Лорнаса. Сэр Леммарт упрямо последовал за ними. Вместе — втроём и с кошкой — они за полчаса добрались до опушки с зарослями лилигрисов.
Там Гидра спешно воткнула в землю связанные золотой лентой благовония, положила лунные камни на листья ветивера и змееголовника, кинула сверху отрезанную прядь своих волос и подожгла это всё. Смотрелось это дико: Аврора и сэр Леммарт мялись рядом с ней, а она и сама не знала, что делает.
Но она закрыла глаза и постаралась сосредоточиться на мысли о том, что Мелиноя как-то следует задобрить. Он всенепременно явится к тем, кто отмечен смертью. Усмирят ли его скудные подношения?