– Я Всеволод, а ты Дима? – его голос звучал неожиданно высоко. – Рад нашей встрече.
– А я… даже не знаю. Как ты здесь оказался? Ты живешь в кольце?
– Нет, ты меня впустил сюда.
– Как?
– Я твой дальний родственник. Камень преткновения. Заложник собственных чувств. Хозяин кольца, сломавший судьбу двум несчастным девушкам.
– Так это был ты? – ахнул я. – Это кольцо принадлежало тебе тогда?
– Да, но сейчас оно твое, и ты стал порталом между прошлым и настоящим.
– Невозможно.
– Возможно. Ты хороший человек, лучше, чем я. В моей жизни было много ошибок. Если ты позволишь, я их исправлю. Они ждут меня.
– Не боишься их гнева?
– Столько лет прошло, от их гнева остался только песок, а любовь горит вечно. Пошли вместе, и ты все поймешь.
Он взял меня за руку, и тьма расступилась. Мир вновь заиграл красками, но видел я его иначе. Я смотрел на эти дома, дорожки, заросшие сады и видел их в нормальном состоянии, когда в них еще кипела прошлая деревенская жизнь. Я вспоминал лица людей, живших здесь, их имена, голова, привычки и домашний уклад. Это были не мои воспоминания, мою голову наполнял разум человека, жившего здесь когда-то.
Разум Всеволода.
Олеся…. Он едва узнал ее, но сердце мое затрепетало. Нет, сейчас это его сердце, его радость и отчаяние. Такой спектр эмоций даже мне не испытать никогда, столько мыслей, столько вопросов. Всеволод думал слишком много, но языком так и не пошевелил, лишь взял девушку за руку.
Она несколько раз переменилась в лице, пока сдавленно не прошептала.
– Сева. Неужели это ты? Не могу поверить.
– Да, это я, – ему было сложно подобрать слова. Мне хотелось помочь несчастному, но, черт возьми, что я мог сделать? Тело даже не принадлежало мне. – Здравствуй, Олеся.
Она опустила глаза, густо покраснев, и высвободилась из моей (его) руки.
– Сева.
Я (он) обернулся. Нина, прекрасная злобная бестия, ничуть не изменилась, разве что стала более суровой и обиженной. Когда-то он любил ее, поддавшись минутному порыву, но она так и не получила его сердца, что злило ее в былые времена, а сейчас вызывало приступ непосильной ненависти. Он испытывал чувство стыда за то, что сделал с этой девушкой.
Это было ужасно, что он сделал. Но он не был виноват. Он пытался спасти ее. Нина это знала, но не могла справиться с обидой. И отчаянием.
– Рад тебя видеть, – сказал я (он). – Нина.
– Ты еще смеешь здесь появляться? – девушка взмахнула руками, словно собираясь ударить его.
– Я решил, что это необходимо.
– Убирайся! Без тебя справимся! Ты никому здесь не нужен!
– Знаю, но разве я мог не воспользоваться шансом и не почувствовать себя вновь человеком? Увидеть тебя.
– Лжешь! Если бы ты хотел меня видеть, то не окрасил бы землю моей кровью!
– Ты же знаешь, что это вышло случайно.
– А ты мог бы сказать, что больше не способен меня осчастливить. Сколько красивых слов, сколько любви в них было, но еще больше в них было честолюбия и лжи. Ты знал, что лишишься всего, поэтому выбрал достойную легкодоступную партию. Как это низко, даже для такого добряка, как ты.
– Это был не мой план. Так пожелал мой отец.
– Твой отец – старый похотливый любитель свежей крови, но у тебя было собственное мнение, которое ты так и не озвучил. Лишь играл влюбленного дурачка. А я верила, я любила тебя по-настоящему. И что мне пришлось расхлебывать?
Нина вновь плакала, а голос стал совсем тихим. Мое (его) сердце дрожало от боли, но он не мог поделиться с ней своими переживаниями. Он боялся, что вновь поступит неправильно.
– Прости меня, Нина, – он пытался обнять ее, но девушка увернулась от его рук.
– Нет, ты мне не нужен!
– Не ври. Ты хотела мне отомстить, и это желание привело тебя сюда. Но месть не даст тебе долгожданного облегчения. Когда люди, все до единого, преклонят перед тобой головы, получишь ли ты удовлетворение?
– Да, черт возьми! Мне будет спокойнее после того, как я пойму, что ни один ублюдок больше не посмеет причинить мне боль.
– Ты зла, и в этом виноват только я. Не нужно было давать тебе кольцо.
– Вот как? Ты сожалеешь об этом? Оно спасло мне жизнь, которую ты отобрал.
– Нина, послушай меня. Твоя ненависть обоснована. Я был сволочью, когда посмел сказать о чувствах, которых не было. Точнее, они не были искренними. Я воспользовался твоим доверием и… убил тебя, но я никогда не позволю тебе совершить это безумие. Ты хорошо научилась манипулировать сознанием, но со мной этот трюк не пройдет. Кольцо принадлежит мне, не тебе. Значит, власть тоже моя.
Глаза Нины вспыхнули праведным гневом, кулаки непроизвольно сжались.
– Подавись ей! Не нужно мне твое прощение! Видеть тебя не желаю!
Она убежала так быстро, словно порыв внезапного ветра. Ее слова больно укололи меня (его) в самое сердце, но он понимал, что не за этим сюда пришел. Всеволод обернулся и посмотрел на Олесю. Ее глаза все также были опущены, а подбородок нервно вздрагивал, сдерживая рыдания.
