Гриша. Да я сам уберу. (Уходит с недочищенным апельсином.)

Брагина. Я читала, исчезает ген самца-насильника. Есть, оказывается, такой. Правда, в этом мы сами виноваты, это из-за того, что мы стали сами планировать беременность. А природой такая самодеятельность не предусмотрена. Самец-насильник — он и есть самец-насильник. Он и ту, и эту, и третью, и четвертую... Гены его доминировали. А теперь у него никаких преимуществ: хочешь — рожай от него, хочешь — не рожай от него, вот их и перестают рожать. Скоро они переведутся все, самцы-насильники...

Ася. Плохо это или хорошо?

Брагина. Пишут, что очень хорошо, а ты сама подумай, чего же хорошего?

Возвращается Гриша, с рюмкой.

Гриша. Кстати! Никто не знает, почему Костя решил сегодня отметить? Он же не двадцать первого родился. У него в воскресенье, а он решил посреди недели... Есть логика?

Ася. Ты пьешь один?

Гриша. Композитор не пьет. Кости нет. У вас свои разговоры.

Ася. Ты съел мой апельсин?

Гриша. Извини, забыл. (Хочет вернуться.)

Ася(останавливает). Не надо, перехотели!

У него звонит телефон.

Гриша. Да?!. Ну и куда ты пропал? Мы тебя все ждем... Нет, не приходил... Хорошо... Обязательно. (Убирает.) Сейчас будет.

Брагина. Не приходил — кто?

Гриша. Да ну его. Судебный исполнитель. Если придет, просил не пускать.

Ася. Какой исполнитель?

Гриша. Судебный. Легкая паника. Квартира Косте не принадлежит. Никакой судебный исполнитель здесь появиться не может.

Ася. А разве суд уже был?

Гриша. О суде я не слышал.

Ася. Он за вещи боится. Манекен в шкафу. Два под кроватью.

Гриша. Манекен — не вещь. Манекен — почти человек.

Композитор(отводя Гришу в сторону). Вы меня все-таки извините, просто я их совсем не переношу.

Гриша. Манекены не переносишь?

Композитор смущается.

Не понял... Судебных исполнителей?

Композитор. Лифчики. (Пауза.) У меня от них все тело чешется.

Гриша(изумленно). Кто же тебя заставляет лифчики надевать?

Композитор. Меня?.. Надевать?.. Да я на них смотреть не могу! Как увижу, все тело начинает чесаться... Идиосинкразия на них. Аллергия на лифчики. Фобия...

Гриша(с уважением). Круто. Я вот высоты побаиваюсь. А кто не побаивается? Их меньшинство. А нас как пруд пруди, высоты все боятся, не стыдно признаться... А с лифчиками — это ты такой один, лифчики — это круто!

Композитор. У меня отец когда-то на ткацкой фабрике работал, инженером был, станки программного управления обслуживал... Я на третьем курсе был... А тут кризис в стране. Тут развал производства. Отцу зарплату полгода не выдавали. А тут — лифчиками. За шесть месяцев... Сто восемьдесят лифчиков, как сейчас помню... без премиальных!.. Мать у ворот рынка стояла, продать пыталась. Я помогал. По электричкам ходил, до чего дело дошло... Мне двадцать один, а я по вагонам... с отцовскими лифчиками!.. А тут... одноклассница... А я... А я ее... А мы... Не выношу!..

Пауза.

Гриша. Слушай, дружище, а тебе сколько лет?

Композитор. Да. Ты прав. Я помню вкус... еще настоящего молока!.. Еще настоящего хлеба! Ты прав! Помню вкус еще настоящей еды!..

Пауза.

Разве это помидоры? Это не помидоры. А я их ел, еще настоящие помидоры... Я ел горчицу, которая жгла, потому что была настоящей горчицей, а горчице положено жечь. Если сок, значит, был сок... Виноградный, томатный... Вот это был сок!..

Гриша(на публику). Вам даю совет приватный: пейте, дети, сок томатный!..

Композитор. И водка должна быть по-настоящему горькой, невкусной, чтобы пить ее через силу, иначе это не водка!.. А если водка пьется как пепси, значит, это не водка, а так... Уж лучше та, тогдашняя — череповецкого, воркутинского разлива... канского... Все-таки вкус...

Брагина. Каннского?.. С каннского фестиваля?

Композитор. Канск — это город в Красноярском крае. Сибирь. Книги тоже... Я еще помню вкус чтения книг... Тогда читалось иначе...

Гриша. Ну конечно. Вы не только не обманывали свои желудки, но еще и сердца.

Композитор(не замечая иронии). Да. Ты прав.

Ася(подает голос). Мы чем-то недовольны?

Гриша. Товарищ в детстве лифчиками обожрался. Такое бывает.

Ася. А он, вообще, здесь на каком основании?

Композитор. Люди чувствовать стали иначе. Все. Включая меня... Просто я еще помню... Еще не забыл.

Брагина. Правду говорят, вы ключи потеряли?

Композитор. Да, я ключи потерял.

Брагина. Так и живете здесь целый месяц?

Композитор. Месяц и три дня.

Брагина. Это, наверное, трудно — в чужой квартире жить?

Композитор. Я работаю много, мне все равно где.

Брагина. А ваша квартира на каком этаже?

Композитор(неуверенно). На третьем.

Перейти на страницу:

Поиск

Книга жанров

Все книги серии Книжная полка Вадима Левенталя

Похожие книги