Морковку нож не берет полностью

Театральная студия. Теперь здесь порядок. На пожарном щите больше нет дамских сумочек. На сцене — декорации для спектакля. Колесо от телеги. Два манекена — мужчина и женщина.

Костя приносит манекен-девочку.

Костя. Обещанное.

Маша. Долгожданное. Спасибо, Костя! Сюда.

Костя ставит манекен на сцену.

Очаровательно. Теперь комплект. (Устанавливает манекен в соответствии с замыслом.)

Костя. У нее только имени нет.

Маша. А нам и не надо... (Девочке-манекену.) Видишь, здесь мы живем. Познакомься с родителями. (Косте.) Ну и как тебе помещение? Как подмостки? Тесновато, конечно, но...

Костя(на манекен). Константин зовут.

Маша. Знаю. А эту — Анжелина. У нас они безымянные... Стульев тоже вот поуменьшилось... У нас администратор был, он себя директором называл, а был за всех — и за реквизитора, и за рабочего сцены, здесь и жил... Правда, недолго. Исчез, а вместе с ним часть реквизита и несколько стульев...

Костя. Из бомжей?

Маша. Не думаю. Слишком бравировал интеллектом.

Костя. Видишь, не один я лох.

Маша. Если бы не мой Красноярск, все бы это на мне повисло... помимо еще и сценографии... Что тебе показать?.. Как на сцене — хочешь посмотреть? Сядь.

Костя садится на стул, он — зритель.

Я — Люся Богданова, выхожу и говорю томным голосом (изображает актрису): «Львы, орлы и куропатки, рогатые олени, гуси — все они хороши для изготовления чучел. Таксидермист уже приобрел кислоту...» Текст не помню, врать не буду... Забыла сказать, Люся в черном трико... А Женя Ким выходит отсюда. В том же духе — о манекенах. А потом:

Не нравится?

Костя пожимает плечами. На сцену он смотрел безучастно.

Это потому что я не актриса.

Костя. Трудно по фрагменту получить представление о целом.

Маша. Я ж тебя не о целом спрашиваю.

Костя. Детское?

Маша. Да нет.

Костя. А зачем колесо от телеги?

Маша. Для образности. Там речь о российской колее заходит, о нескончаемой дороге, о пути...

Костя. Ты когда в Красноярск?

Маша. В субботу.

Костя. Надолго?

Маша. На полгода. Хочешь, пойдем ко мне. С меня отвальная.

Сигнал телефона.

Костя. Привет, Анжелина... Да, скоро... Хорошо, принесу. (Убирает мобильник.) Я проводить приду. На вокзал.

Маша(с напускной безучастностью). Можно и так.

Тоня — где-то. Звонит Грише. Гриша дома. Сидит за столом.

Тоня. Здравствуй, Гриша. Ты в Австрии?

Гриша. Нет, я не в Австрии, я здесь.

Тоня. Ты разве не уехал кататься на лыжах? А мне сказали, что ты со своей подружкой намылился в Австрию.

Гриша. А тебе не сказали, что моя подружка одна намылилась?

Тоня. Что-то случилось? Вам не хватило денег?

Гриша. Нет, нам хватило. Просто я прихромал... прихворал то есть. Ничего, я уже встал на ноги. (Выходит из-за стола, опираясь на костыли, мы видим, что правая нога у него в гипсе...) Горный воздух — это хорошо, но на лыжах мне рано еще. Не поехал. А как у тебя?

Тоня. У меня все отлично. Я тут в интернете засветилась — одноклассники письмами забросали... Представляешь, я с девятью переписываюсь!.. Миша Карасик пригласил в гости. Я не видела его три года. Решила съездить к нему. Билет уже на руках.

Гриша. Далеко?

Тоня. В Австралию.

Гриша. Тоже на лыжах кататься?