Вдруг Люся остановилась и задумалась. Она не чувствовала шагов и веса. А как же осязание? Ведь оно было! Хоть неправильное, но было… А сейчас что? Она в два маха достигла ближайшей сосны и потянула к стволу руку. Но прежде чем рука коснулась, в сознании как на табло вышло. Высветилось: КОРА. Пальцы враз ощутили ноздреватое дерево. Ух-ты! А ведь она подозревала ЭТО. Она нагнулась и быстро, стараясь не думать, выкинула раскрытую пятерню к земле. Но за полмгновения табло высветило: ТРАВА ПОЧВА. Пальцы вцепились в густую частую поросль мелкотравья, опустились вниз, к корням, поцарапали ногтями… Землицу. Люся открыла глаза. Она закрыла их непроизвольно, наверное, чтоб не подыгрывать глазам, и сейчас… Сейчас она точно знала. Глаза здесь ни причём! Сознание, разум диктует понимать ВСЁ ЭТО. «Боже мой! — Она перекинула взгляд на всё, что её окружало, как бы заново делая переоценку. — Всё это иллюзорно. Так?! Или… Нет, точно ненастоящее! Всё это — игра разума? И лес и поляна, и небо и солнце? Солнце… Этот закат вечен! Уж сколько времени минуло, а… А может, тут и нету времени? Неведомый мир, где беззвучье и ноги воздушны, где руки не щупают, а думают от свыше… Странно, а чё ж ноги не думают?» Люся с иронией взглянула на свои кроссовочки и подпрыгнула вверх, проделывая повторный опыт. Она вновь опустилась в неощущаемое. «Ноги с головой не дружат — Подумала Люся и засмеялась. — Боже мой! Время не идёт, звуков нет, шаг реактивен… Что ещё?» Она выстраивала странности в ряд, подытоживая результаты своих исследований. «Что ещё? Вся эта картинка — навязываемая воображением иллюзия и… Что «и»? И сознание здесь первично на все сто и больше… Вот так вот! Как я расписала всё под хохлому?! Не в бровь, а в глаз…»
Люся не была уверена, что всё подытожено. Что-то ведь упустила, нет? «Так, что же? Физиология. Вот! Чисто физические потребности. Есть они у меня? Или… Физиология — это потребность организма в чём-либо физическом… Например, в желании кушать, пить, оправляться… Это всё естественно. Есть ли это у меня?» — Люся прислушалась к своим внутренним позывам. Внутри неё всё было тихо, безмятежно. Голода она не ощущала, жажды вроде тоже… Она не была уверена, была ли голодна в реальном мире. Наверно, всё-таки да! Во всяком случае, аппетит точно был, когда супец пробовала. «А боли? Есть ли здесь физические боли?» Почти импульсивно Люся ущипнула себя чуть выше запястья и тут же скривилась. Перестаралась! Но главное, вот беда, не успела засечь… Был ли сигнал СВЕРХУ. Она потянула сложенные в щипок пальцы медленно к коже, давая время и провоцируя ВЕРХ на подсказку. Щипнула. Опять переборщила! Но, чёрт возьми! Никаких толчков и подсказок не было.
— Блин! — Она потёрла покрасневшую ущипленную кожу. Вообще, тело родное ощущалось без «подсказок». Исключение из правил?
Она закрыла глаза и повторно жахнула ладонью вниз. К земле. И чуть руку не вывихнула… До того переусердствовала. И трава, и земля — всё было на месте! Но «первичное» сознание молчало, отказываясь за секунду предупреждать. Она подпрыгнула и опустилась ногами… Также в пустоту… То есть в неощущаемую «земную твердь», о которую едва не покалечила руку.
— Блин! — Люся окончательно растерялась от такого парадокса. Тупик явно портил расставленные рассуждением итоги. Людмила крепко зажмурила глаза и долго так не открывала, загадав себе, что вот счас откроет и… Правильно! Всё окажется дурным сном. Ну… Может, и не таким дурным… Но, окажется…
Открывая глаза, она уже знала, что полный «нечет». Ведь, прежде всего звуки должны были известить о перемене. О возвращении в реальность. А коль звуки не ворвались, то где тут эффекту быть? Вытаращив сначала правый глаз, затем левый, Люся увидала, что «воз и ныне там». Картина маслом: нетленный закат неживого, прибитого к небу солнца, то же небо почти голубое… Тот же лес, тот же воздух… Почти как у Высоцкого. Только воды вот не было. И надо полагать, из боя не вернулась она… Людмила усмехнулась, несмотря на то, что ужасно рассердилась.
— И здесь бардак! — вздохнула она. — Страна чудес, блин!
Мысли хороводили и показывали языки друг другу. Девушка тщетно стремилась выстроить их. «Тут что-то не то… Итак, первое: ног не ощущаю, веса тоже. Это осталось, это есть. Ставлю галочку! Второе: реактивный шаг. Ну-ка… — Люся занесла ногу вперёд и… Прокатнулась, оставив за собой солидный отрезочек пути. — Ух, здорово! Это есть, как хорошо, что есть! Ставим галочку! А чего, собственно, нет? Ах, да-а! Сознание НЕ руководит осязанием. А с чего, ты взяла, милая, что должно руководить? Оно что, обязано? Мало ли что вначале было! Произошла адаптация, акклиматизация, сублимация и другая всякая, к плохим мамкам, мация! Тьфу, ты, собака! Ругаться стала. Мозги кипят, уф-ф! Отказываюсь что-либо понимать… Всё! Здесь всё неправильно! Неправильные пчёлы, неправильный мёд и вообще… У меня лыжи не едут! Всё!»
