Он чувствовал, что поймал удачу! Он и не рассчитывал, что всё пройдёт так гладко. Стоило ему проникнуть в это заведение, как он столкнулся с одним из членов секты. Возможно, это стало простым совпадением, но он решил быть настороже. Рори предупреждал его насчёт этих людей. Сектанты могли следить за квартирой Мед и видеть его с Руди Сеймуром. Они могли проследить за ним и до военного ведомства. В этом случае его здесь ждала западня.
— Поскольку у нас завязалась такая доверительная беседа, — сказала Лира, наблюдая за Гриром, — поведай и о своих занятиях.
— Я — наёмник в поисках удачи, приключений, удовольствий и добычи, — улыбнулся Грир.
Они пригубили ещё по глотку.
Грир наклонился вперёд и посмотрел на стеклянный перстень, висевший у неё на шее. — Любопытный амулет. Напоминает перстень восточных культов.
Его холодные серые глаза впились в лицо девушки, пытаясь уловить её смущение, но его не было.
— Ты очень осведомлён! Так и есть. Откуда ты знаешь?
— Через мои руки прошло немало всяких безделушек во время скитаний по Востоку, — пояснил он. Слабая реакция Лиры на вопрос о перстне обнаруживала, что он не имело для неё весомого значения. — Восток значительно расширил мои познания. Там много всяких украшений. Перстень подлинный? Мне будет позволено взглянуть на него поближе?
— Без сомнений. — Лира сняла цепочку с перстнем через голову. — Он достался мне в наследство.
Она протянула цепочку с перстнем, но рука, вырвавшаяся из-за плеча Грира, перехватила их. Он резко повернулся.
— О, Спиро, негодник! — хмуро воскликнула она. — Ты меня напугал. — Она повернулась к Гриру. — Это мой брат, Спиро, — продолжила она, положив свою руку на руку бесшумно возникшего мужчины. — Спиро, это Грир. Он сказал, что он наёмник, представляешь?
Спиро Харди был мужественной копией своей сестры. В отличие от неё, он был крепок на вид, но также белокож и имел такие же глаза цвета спелой вишни. Короткие волосы открывали его высокий и широкий лоб над умным и хищным лицом интригана и фанатика.
— Наёмник? — С любопытством переспросил Спиро. — Интересно. Можно, я присоединюсь к вашей ватаге? — Сказал он, пряча стеклянный перстень к себе в кошель.
— Почему бы и нет, — кивнул Грир. — Хотите вина? –
Харди кивнул.
— Что означает это: «Наёмник», — в твоём понимании? — спросил он, усаживаясь рядом с сестрой.
— Я берусь за любую хорошо оплачиваемую, работу. У меня определённая репутация в определённых кругах, которая помогает мне подыскивать определённую работу.
— Какая же это репутация, мистер Грир? — спросил с усмешкой Харди.
— Не слишком щепетильного человека, — с той же усмешкой отозвался Грир.
— Понимаю. Прошу прощения за излишнее любопытство. А можно поинтересоваться, как можно заслужить подобную репутацию?
— Спиро, не будь таким въедливым, — хмуро оборвала его Лира. Грир отметил про себя, что девушке неприятен интерес к нему брата. — Ты только узнал мистера Грира, а уже устраиваешь такие дотошные расспросы.
Грир рассмеялся.
— Не переживай. Я же не имею ничего против твоего нового знакомца. И мне платят за советы, не забывай. Я должен ориентироваться во всех планах бытия.
Харди сделал нетерпеливый жест, призывая Лиру не расстраивать беседу.
— Расскажи подробнее, мистер Грир.
— Большинство моих знакомых считает, что я имею склонность к риску и насилию, что меня не волнуют этические вопросы, что я готов на обман и преступление законов, если мне это будет удобным, — сказал он. — И, знаете — они правы. Просто боги могут так раскинуть кости, что люди оказываются под разными знамёнами. Но иногда приходит время, когда нужно забыть о приказах, и решать самому, кто твой смертельный враг… Поэтому я, действительно, мало чего стесняюсь в этом мире.
— А не будет ли бестактно с моей стороны спросить, почему ты так относишься к властям? — Харди улыбнулся.
— Нет, это не бестактный вопрос, но, возможно, Лире будет скучно это выслушивать.
— О поверь, она интересуется этим не меньше меня, — ответил Харди, прежде чем Лира успела раскрыть рот. — Продолжай, прошу тебя.
— Во время походов я был сорвиголовой, — начал Грир. — По долгу службы я разъезжал по всей Ойкумене. Я колесил и по Тартарии, разыскивая там изменников и еретиков и всех их убивал. Власти выбирали цель, а я охотился за ней и устранял.
— Вероятно, это было крайне опасной работой, — сказал Харди. — Вас ловили когда-нибудь?
