Добрый папаша! К чему в обаянииУмного Ваню держать?Вы мне позвольте при лунном сиянииПравду ему показать.Труд этот, Ваня, был страшно громаден —Не по плечу одному!В мире есть царь: этот царь беспощаден,Голод названье ему.Водит он армии; в море судамиПравит; в артели сгоняет людей,Ходит за плугом, стоит за плечамиКаменотёсцев, ткачей.Он-то согнал сюда массы народные.Многие – в страшной борьбе,К жизни воззвав эти дебри бесплодные,Гроб обрели здесь себе.Прямо дороженька: насыпи узкие,Столбики, рельсы, мосты.А по бокам-то всё косточки русские…Сколько их! Ванечка, знаешь ли ты?Чу! восклицанья послышались грозные!Топот и скрежет зубов;Тень набежала на стёкла морозные…Что там? Толпа мертвецов!То обгоняют дорогу чугунную,То сторонами бегут.Слышишь ты пение?.. «В ночь эту луннуюЛюбо нам видеть свой труд!Мы надрывались под зноем, под холодом,С вечно согнутой спиной,Жили в землянках, боролися с голодом,Мёрзли и мокли, болели цингой.Грабили нас грамотеи-десятники,Секло начальство, давила нуждаВсё претерпели мы, божии ратники,Мирные дети труда!Братья! Вы наши плоды пожинаете!Нам же в земле истлевать суждено…Всё ли нас, бедных, добром поминаетеИли забыли давно?..»Не ужасайся их пения дикого!С Волхова, с матушки Волги, с Оки,С разных концов государства великого —Это всё братья твои – мужики!Стыдно робеть, закрываться перчаткою,Ты уж не маленький!.. Волосом рус,Видишь, стоит, измождён лихорадкою,Высокорослый, больной белорус:Губы бескровные, веки упавшие,Язвы на тощих руках,Вечно в воде по колено стоявшиеНоги опухли, колтун в волосах;Ямою грудь, что на заступ старательноИзо дня в день налегала весь век…Ты приглядись к нему, Ваня, внимательно:Трудно свой хлеб добывал человек!Не разогнул свою спину горбатуюОн и теперь ещё: тупо молчитИ механически ржавой лопатоюМёрзлую землю долбит!Эту привычку к труду благороднуюНам бы не худо с тобой перенять…Благослови же работу народнуюИ научись мужика уважать.Да не робей за отчизну любезную…Вынес достаточно русский народ,Вынес и эту дорогу железную —Вынесет всё, что господь ни пошлёт!Вынесет всё – и широкую, яснуюГрудью дорогу проложит себе.Жаль только – жить в эту пору прекраснуюУж не придётся – ни мне, ни тебе.3
