— Но тебе же понравился вальс. — Джон по голосу ощутил, что Шерлок нахмурился. — И плохие вещи бывают со всеми. Мне показалась, что эта песня… Она больше о том, как начать всё сначала, если случилось что-то плохое.
Джону было слишком хорошо и уютно, чтоб спорить.
— Так и есть.
Шерлок затих на мгновение.
— Спой мне ее.
—Что спеть? «Мороз на земле»? Сейчас?..
— Ну, пожалуйста. Я хочу еще раз услышать слова. Раньше я был слишком занят, чтоб сыграть мелодию правильно.
— М-м-м. Ну, хорошо. Только тихо!
И Джон начал чуть слышно петь — почти шепотом, прямо в кудряшки Шерлока:
— Станешь солдаткой — что делать ты будешь?
— Буду я следовать с ним за полком.
— Сгинет он в море — что делать ты будешь?
— Что тут поделать? Венчаюсь я вновь!
Рыба с картофелем ждут и готовы,
И Китти лежит у стены.
Выпьем же снова, наполните кружки,
Китти лежит у стены.
1 февраля
Шеррингфорд-холл, Конюшни
Дорогой Шерлок,
Огромное тебе спасибо за прекрасные книги! Я не видел, как их привезли, но мне сказали, что всеобщая радость была огромной, особенно когда все увидели, что там есть морские приключения. Я также приложил благодарственную записку для твоего отца и для мистера Брука, которую мы все подписали. Дни здесь не менее скучны и безрадостны, чем в Лондоне, и все были в унынии после того как закончилось Рождество. Поэтому книги стали очень ярким событием. Для всех нас.
Я недавно вернулся из поездки на север, к моей семье, и, отвечая на твой любезный вопрос, спешу сообщить, что все живы и здоровы. Моя сестра печально сказала мне, что весной у меня появится еще одна племянница или племянник. Земля вся замерзла, но я с помощью Гарри все же добыл для тебя несколько образцов растений и почвы с разных участков торфяника. Агент по недвижимости, мистер Морис, в этом месяце отправится в Лондон, чтобы встретиться с твоим отцом, и он был так добр, что согласился переправить тебе эти образцы.
Когда я вернулся, здесь был небольшой скандал вокруг одного мужчины из города, который недавно был арестован. Я думал, что тут будет увлекательная история о каком-то громком преступлении, которую я мог бы тебе рассказать, но, к сожалению (или — к счастью для наших мест), этому мужчине были предъявлены обвинения только в непристойном поведении. Так что ничего интересного.
— Я не понимаю, — сказал Джон. — Как это может считаться непристойным, если он просто был с другим мужчиной? Там же не было какой-нибудь леди, которая сбежала через окно, или что-то такое?
Нэд и Дэви прыснули, а Джон нахмурился и посмотрел на Молодого Тома.
— Джон, — еле смог сказать Нэд, почти задыхаясь от смеха. — Не было никакой леди, сбегающей через окно. И никакой овцы. Я, по крайней мере, такого не слышал. — Оба парня вновь разразились смехом. — Содомия, ну? Прозвенел колокольчик.
— Му-же-лож-ство, — предположил Дэви, едва выговорив.
Джон, конечно, слышал эти слова, но никогда особенно не задумывался, что они означают.
— Так, — сказал Молодой Том, потеряв терпение. — Хватит смеяться. Ему только пятнадцать! Вы забываете об этом, потому что он ездит верхом лучше вас обоих. А теперь валите-ка, да поскорее, пока мистер Грегсон вас не услышал.
Нэд и Дэви повели к воротам коней, всё еще хихикая и переглядываясь. Когда они вышли, Джон услышал еще один взрыв смеха.
— Хорошо, объясни мне, в чем дело, — сказал Джон, чувствуя, что у него горит всё лицо, и ему очень жарко.
— Ну, — Молодому Тому было явно неловко. — Ты же знаешь, как это делается, ну, между мужчиной и женщиной, так ведь?
— Конечно, — сказал Джон, который помогал сводить лошадей с тех пор, как ему исполнилось восемь лет. Он не был уверен насчет того, как это выглядит у двуногих существ, но не думал, что есть большие отличия.
— Ну, содомия или мужеложство, это одно и то же, это когда двое мужчин делают это. Вот.
— Но как это? — спросил Джон в искреннем изумлении, — Там же… у нас же нет… отверстий.
— Ты так думаешь? Подумай лучше, — Том указал жестом на заднюю часть своих бриджей.
— Ты хочешь сказать… нет. Они вставляют их в свои задницы? Но как это вообще возможно?
— Слушай, ну, я не знаю. Я об этом сильно не думал, — сказал Том с облегчением, видя, что Джон его, наконец-то, понял. — Это противоестественно! Вот почему это — преступление, и это грех, так сказано в Библии. Содом и Гоммора, вот откуда пришла содомия, понимаешь?
Джон не шевелился, всё еще пытаясь представить себе подобные вещи.
— Это сложно понять, да, я тоже был ошеломлен. Но знаешь, есть места, где это довольно обычное дело. Говорят, это часто случается в армии. И…
— Что?
Молодой Том замолчал на мгновение, а потом, явно чувствуя себя не в своей тарелке, прошептал:
— Я слышал, они еще берут это в рот.
Джон был совершенно ошеломлен. Он чувствовал, правда, что это не то, что Том хотел сказать поначалу, но мысль была чересчур отвлекающей.
— Ты имеешь в виду… член?
— Я так слышал. Точно не знаю.
Джон моргнул:
— Это…
— Да, — яростно согласился Том.
На мгновение они замолчали, прислонившись к стене бок о бок, и не глядя друг на друга.
— А ты когда-нибудь был… с девчонкой? — неожиданно спросил Том, и Джон покачал головой.
