— Это всё просто прекрасно, но сюда вы зачем пришли? Если мне полагается какая-то часть наследства, то вы можете дать мне контакты нотариуса, и я сама всё оформлю.
— Всё наследство по завещанию оформляется на меня, но личная просьба брата — выделение долей тебе и моей сестре.
— То есть вы себе захапываете львиную долю, а нам с бедненькой сестрой покойного папочки останутся крохи? Как благородно!
— Мы с братом по факту владели бизнесом пятьдесят на пятьдесят, поэтому ваше с Ольгой наследство только с его половины.
— Ладно, мне все равно. Давайте адрес нотариуса и больше не приходите, — я решительно поднялась направилась к двери, в которую намеревалась выпроводить Морозова.
— Есть еще один нюанс…
— Какой?
— Последняя воля Олега — это мой полный контроль за твоей долей наследства, пока тебе не исполнится двадцать один год.
От непосредственной близости Морозова и ощущения новой западни по спине пошел холодок. Разумеется… Никакого днк теста нет! Этот хитрющий козел просто придумал новый способ затащить меня в постель. Он же не натрахался, мудак поганый!
— Пошел вон, вместе со своим долбаным наследством! — заорала я не своим голосом и бросилась в лицо Морозову. Несмотря на то, что он мгновенье ока схватил и обезвредил меня, на красивом лице тут же показалось два красных кровоточащих следа от ногтей.
— Это правда, малыш. Поверь мне. Мне не нужны твои деньги, ты получишь, все, что тебе причитается, — шептал Морозов, уткнувшись носом мне в макушку.
— Сначала отпусти и никогда даже пальцем ко мне не притрагивайся. Потом покинь мою комнату и больше не приходи, а своё поганое наследство засунь себе в жопу! — зашипела я, пытаясь извернуться и лягнуть Морозова ногой. Но он был не просто гораздо выше и сильнее, Роман Сергеевич был еще и быстрее, потому с легкостью опережал все мои нападки.
— Уже можно заходить? — из приоткрытой двери показалась голова Ульяны. По покрасневшим щекам и блестящим глазам подруги было понятно, что она успела подслушать каждое слово. Но сейчас я была рада этому, потому что просто печтала поскорее отделаться от Морозова.
— Можно! Роман Сергеевич уже уходит, — как можно громче ответила я, и наконец, вырвалась из ослабевшей хватки.
— Я пришлю тебе номер нотариуса. Завтра он будет тебя ждать, — бросил Морозов, после чего растер ладонью кровь по лицу и вышел из комнаты.
После ухода Романа Сергеевича я еще долгое время не могла успокоиться. В голове крутилась тысяча мыслей, а сердце то и дело срывалось в галоп. Но самое неприятное во всей этой ситуации, что я совершенно не представляла, какое решение принять. Сначала хотелось согласиться и взять деньги, потом возникало желание послать Морозова куда подальше, но в конце концов в памяти снова всплывал месяц, проведенный вместе с этим мудаком, и на глаза наворачивались слезы. Теперь больше всего мое ранимое сердце требовало возмездия. Пусть Морозов поплатится, за каждую мою слезинку. Пусть ему будет ещё хуже, чем мне.
Когда за окном забрезжил рассвет, я по-прежнему сидела и раздумывала над тем, как поступить.
Проснувшаяся от назойливого сигнала будильника, Ульяна разлепила сонные глаза и удивленно уставилась на кружку с оставшим чаем у меня в руках.
— Ксюха, ты чего проснулась в такую рань?
— Я и не спала.
— О наследстве думала? Не глупи, соглашайся, там наверняка не меньше пары миллионов! У тебя все равно ни родни, ни работы, — пробормотала она и широко зевнула.
— Соглашусь, конечно. Кто же от денег отказывается? — хлебнув остывшего чая, мазнула рассеянным взглядом по просыпающейся улице за окном. Сбоку орудовал метлой дворник, а впереди шумел мусоровоз. Жизнь продолжалась и шла своим чередом. Так и вся эта история с отцом, дочерью которого я так и не стала, с Морозовым, который купил мою девственность — всё пройдет и забудется, а потом будет новый день… Много новых, счастливых дней.
— Соглашайся, только на своих условиях, чтобы Роман Сергеевич больше тебя не третировал.
— Разумеется, — хитро улыбнулась я и поднялась с кровати.
* * *
В нотариальной конторе пришлось просидеть до полудня. Официально единственным наследником Олега Сергеевича Морозова был его брат, но Рудольф Филиппович заверил меня, что Роман намерен выполнить последнюю волю брата.
Сумма, которая мне полагалась, была баснословной. По сравнению с ней три миллиона долга перед Маратом казались каплей в море. Знать бы раньше… Скольких проблем можно было бы избежать…
Устроившись на ближайшей скамейке, я собралась с духом, достала телефон и набрала номер Морозова. Он словно ждал моего звонка и ответил уже после первого гудка:
— Ты передумала?
— Не совсем…
Глава 33
— Ты передумала?
— Не совсем…
Тяжелый вздох на том конце провода и усталый голос Морозова:
— Чего ты хочешь?
— Я так понимаю, что деньги до двадцати одного года в руки я не получу, — деловито начала я, готовясь к продолжительному и неприятному разговору.
— До их получения ты будешь полностью обеспечена.
— Вот об этом я и хотела поговорить подробнее. Я против того, чтобы вы контролировали меня и мою личную жизнь.