— Оксана! Я знаю, что ты там! Нам нужно поговорить!
О, чудо! Дверь заскрипела, и изнутри показалось дико злое, но при этом самое красивое лицо на свете:
— Сколько раз я просила не называть меня Оксаной?
— Малыш, почему ты уехала? Я не трогал твоего этого Базарова!
— Азарова!
— Не важно! Ты чем-то обижена? Давай это обсудим? Зачем сразу было уезжать? — чёрт, кажется, я окончательно растекся перед пигалицей подтаявшим малиновым желе… Был Мороз и нет теперь… Вместо него влюбленный идиот…
— Нет, что ты, я не обижена… Хотя до сих пор считаю что многочисленные гематомы, поломанные пальцы и нос Азарова — твоих рук дело!
— Какие пальцы? Что за бред?! — в сердцах рявкнул я и тут же прикусил язык.
— Спалился! — запищала пигалица и, раскрыв дверь, бросилась мне в лицо, успев нарисовать несколько ощутимых царапин на шее, до которой дотянулась своими коготками, прежде чем я перехватил тонкие запястья. Ссориться перед высунувшими головы из комнат студентами совсем не хотелось, поэтому я быстро потащил яро сопротивляющуюся Ксюшу в сторону выхода. Когда мы оказались на парковке, вдали от любопытных глаз и ушей жильцов общежития, пигалица зашипела змеей:
— Значит мне ты личной жизни не даешь, а сам с этой белобрысой курицей трахаешься? Гад!
— Я с ней не трахаюсь… Точнее трахался в том году всего один раз… То есть не один раз, а одну ночь…
Сначала показалось, что разъяренная Ксюша снова бросится на меня с кулаками, и я даже невольно залюбовался ею… В гневе ещё красивее и ярче, хотя, казалось, куда уж лучше? Длинные волосы цвета молочного шоколада рассыпались по плечам, а огромные зелёные глаза на прекрасном лице в свете луны сверкали ярче драгоценных камней…
— Чего уставился?! — зашипела девчонка, — значит так, чтобы я ни о какой Тане больше не слышала!
Услышанное повергло меня в настоящий шок, ведь я ожидал чего угодно, но только не этого! Пигалица, которая откровенно тяготилась общением и так и норовила сбежать, запрещает мне видеться с Кулецкой?!Если это сон, то пусть он никогда не заканчивается. Пусть вокруг непроглядная, холодная мартовская ночь, а девушка напротив просто в бешенстве, но я счастлив. По-настоящему и без всяких оговорок…
Видимо, заметив то, насколько сильно я ошарашен, Ксюша подошла совсем близко и, задрав голову, изо всей силы ткнула указательным пальцем мне в грудь:
— Раз ты испортил мои зарождающиеся отношения с Артемом, то и ты бросаешь эту блондинку!
— У меня с ней ничего не было…
— Не перебивай!
— Как скажешь, малыш, — с готовностью согласился я и плотно сжал челюсти, чтобы ненароком не расплыться в улыбке.
— Чтобы я её больше не видела!
— Хорошо.
— И номер удали.
— Считай, что его никогда не было в моей записной книжке.
— И если я хоть один волосок белобрысый найду в машине или у тебя в квартире… то…!
— Завтра же отгоню все машины на мойку, а в квартиру приглашу клининг, — не сумев сдержаться, я всё таки хохотнул, потому что наблюдать за тем, как меня строит хрупкая, едва достаюшая до моей груди пигалица, было невероятно умилительно.
— Ты над кем смеешься, Морозов? — Ксюша нахмурилась ещё больше и, кажется разозлилась окончательно.
— Не над кем. Просто от холода челюсть свело. Давай домой поедем? Поздно уже, а ты совсем легко одета.
— Поехали, — милостиво согласилась пигалица и первой направилась к машине, гордо расправив плечи.
Видимо, она была уверена в победе в этом бою, поэтому, оказавшись в салоне, сразу потребовала включить своё любимое радио и мороженое, за которым нужно было ехать на другой конец города.
А я просто молча выполнял все её капризы и улыбался, потому что понимал, что выиграл именно я.
Глава 39
Когда за выехавшей машиной Морозова закрылись автоматические ворота, я, наконец, заставила себя отойти от окна и направилась на кухню. Есть не хотелось, поэтому я схватила со стола пару крекеров и бутылку негазированной воды, которую тут же принялась пить мелкими глотками.
Что ж… Такой Роман Сергеевич мне нравился гораздо больше, чем вечно недовольный деспот. Конечно, он мог и притвориться добреньким и понимающим зайкой, но почему так легко отказался от собственнной девушки? А может они не вместе, и Морозов говорил о другой? От внезапной, пронзившей мозг мысли, я даже подавилась водой, забрызгав весь стол и мойку…
Нет… Нет… Спокойно, Ксюша. Возможно, Роман спит с кем-то еще, но точно не встречается…
Главная прилипала — это белобрысая Таня. Черт бы её побрал, она ведь даже на колени перед ним становилась!