— Дышит нормально, — Даша присмотрелась даже до таких мелочей. Они сидели выше сборной, на комментаторской позиции, но сегодня ничего не комментировали. Только брали интервью после прокатов.
— У него обычная простуда, ничего серьёзного. Просто он чувствительный к такому, сразу температура. Ты же помнишь, как его свалило буквально за день до финала Кубка России?
Кубок России это вам не Олимпийские Игры. Поэтому тогда он снялся, а сейчас уже начал прокат. Пути назад нет и не будет.
Четверной риттбергер.
Аплодисменты. А те, кто знал, через что проходит Саша, чтобы выйти на лёд, аплодировали ещё громче. Он его сделал, пусть и не на огромные плюсы, но он был сделан.
Практически сразу идёт тройной аксель, времени подышать даже нет, а холодный воздух болезненно бьет в ноздри. Приходится дышать ртом во время раскатки, претерпевая боль в горле.
Тройной аксель.
И тоже есть. В голове Саши пустота, действие исключительно на волевых и старых наработках. Если бы в какой-то момент ему пришлось перестраивать программу, он бы не смог это сделать. Просто не осознавал что происходит в принципе. То ли он уже катает, то ли это так, снится.
Анна Павловна практически рыдала, не в состоянии безэмоционально переносить борьбу Саши со своим организмом. Денис Русланович и Роман смотрели спокойно, сосредотачиваясь на вращениях парня. Пока ни разу не сбил центровку, отрабатывал на все двести процентов.
Молчание. Тихая часть программы, и на арене ни звука. Никто не решается заговорить.
Четверной лутц.
Звук приземляющихся коньков.
Тройной тулуп.
А тут звук уже не слышно, потому что зрительские аплодисменты и крики заглушают. Он приземлил каскад. Последний прыжковый элемент. Воздуха катастрофически не хватало, как пройдет дорожка шагов неизвестно. Да и вообще, как он будет катать произвольную с таким дыхательным «могуществом»?
— Есть! — довольные Денис и Роман жмут друг другу руки.
На трибуне, где сидит команда, тоже уже не тихо. Все радуются за Сашу и отбивают друг другу «пять».
Напротив команды, совсем сверху, сидит ещё человек, который очень переживает за Сашу. Его бабушка. Она приехала сюда сюрпризом, и не хотела показываться внуку. Только в конце. Очень переживала за его болезнь и едва сдержалась, чтобы не показаться.
На дорожке шагов он практически выдохся, лицо покрылось красными пятнами. В последнем вращении он вообще не дышал, только пытался сконцентрироваться на том, что делает.
Последняя нота.
И он не сдерживается, присаживается вниз и пытается отдышаться. Вокруг кричат «Молодец», аплодисменты, плакаты… на лёд летят игрушки. А он ничего этого не слышит, словно сидит в вакууме. Едва дышит, невозможно даже наладить этот процесс. Отрывисто.
— Наш сегодняшний герой! Александр Сурков показывает нам блестящий прокат, даже сквозь болезнь. Саша — машина!
Команда аплодирует стоя, даже не сговариваясь. Так должно быть, он заслужил это своим блестящим прокатом.
— Александр Сурков!
Он кланяется через силу, едва наклоняя корпус. Кашель рвется из груди. И его невозможно сдержать. Поэтому, возвращается Саша заливаясь диким кашлем.
— Ничего, ничего, ты молодец, — Анна Павловна не боится никакой заразы, обнимает воспитанника и поглаживает по спине, — Отличный прокат, я тобой горжусь.
Денис Русланович и Роман просто пожали руки, не нагружая голову Саши ненужной информацией.
Он был благодарен и просто кивнул, поправляя кулон и застегивая олимпийку. Было тяжело. Хотелось лечь и заснуть, или чтобы этот кашель, раздирающий горло, прекратился.
— МОЛОДЕЦ! — а это кричала сборная, громко аплодируя. Саша повернулся на них и нашёл силы улыбнуться. Поддержка ощущалась на протяжении всего проката, эта семейная атмосфера помогала не ощущать себя идиотом, даже если ты косячишь.
— Улыбнись, помахай зрителям, — его слегка стукнули по руке, — Давай, умирать без камер.
«Как же я хочу сдохнуть» — думал Саша, улыбаясь и показывая сердечки в камеру.
— Будет первым? — с замиранием сердца спросила Аня.
— Не знаю. Или первым, или вторым. Там пока 106 лидирует, — Тимур считал в голове баллы. Пока получалось равное количество, с разницей в сотых, — Будет небольшой отрыв.
— Черт.
Оценки считали очень долго. Саша успел развалиться на диване, отстукивая пальцами ритм от коленки. Получалось не очень, да и к этой травмированной коленке было лучше не приставать. Хотелось чего-то горячего, горло драло несчадно.
— Внимание!..
1. ALEXANDER SURKOV [RUS]. [1]. 107.03
— ЕСТЬ!
Анна Павловна моментально обняла Сашу под крики трибун, а парень пустым взглядом смотрел на баллы. Он не подвел команду? Все хорошо? Он первый?
— Молодчина, — его ещё раз похлопали по плечу, а Саша на автомате закивал. Откатал… Невероятно.
— Анна, немного внимательнее! — сурово одернула её Тамара Львовна грозным тоном, не требующим отлагательств.
