Это был всего лишь маленький поцелуй, но настолько неожиданный, что Милла ошеломленно застыла. Слишком многое произошло за слишком короткое время: она чувствовала себя ошеломленной, растерянной, потерявшей контроль над собой. Она поймала его запястье обеими руками, не в силах что-либо сделать или сказать, и тогда Диас отпустил ее подбородок и оторвался от ее губ, все еще не размыкая обнимающие ее руки. Эти мрачные губы оказались намного более мягким, чем ожидала Милла, и более нежными, чем она когда-либо могла представить. Поцелуй не был страстным, скорее, он словно хотел утешить ее. Она ненавидела его за это. Она не должна была хотеть этого поцелуя, но если уж так вышло, что Диас поцеловал ее, Милла совершенно точно не хотела, чтобы это был поцелуй из сострадания.
- В любом случае, ты наверняка бросаешь как девчонка.
Слишком много времени прошло с тех пор, как Диас был с женщиной, но ему нужна была именно Милла. Он будет терпелив, даст ей время привыкнуть к нему, но он не сомневался в конечном результате. Милла будет принадлежать ему.
- Что это значит?
- Оно неплохое. Но я не пью много.
- Курите?
- Нет, seсor. Но она gringa4. У нее была повязка на шее.
- Вы говорили, что хотите знать, если появится человек по имени Диас.
Тру подавил раздражение, полностью сосредоточившись на звонившем:
- Я возмещу вам все расходы, - сказала Милла. Пусть думает, что платят Искатели, но она собиралась заплатить ему из собственного кармана.
- Нет, ничего, спасибо.
3) fonda – гостиница, таверна, кабак – испан.
На прошлой неделе она и предположить такого не могла, но сейчас все изменилось, и Милла чувствовала себя неуютно рядом с ним. И это еще мягко сказано: она была в ужасе от того, что ее влечет к такому человеку как Диас.
На этот раз он не вернулся к грузовику, а взял такси и вылез немного дальше, чем находилась хижина Лолы. Он шел, двигаясь бесшумно, приближаясь теперь уже с другой стороны, и на сей раз его единственным оружием был нож в ботинке. У Лолы было время, чтобы позаботиться о сломанном пальце. Она должна уже вернуться домой, баюкая руку, глотая обезболивающие, и проклиная его. Он был последним человеком, которого Лола захочет видеть. Поэтому, Диас рассчитывал что она расскажет ему то, что он хочет знать. Она отдаст даже собственных детей, лишь бы избавиться от него.
- Может быть, хочешь заказать что-нибудь еще?
Решение было молниеносным. Если он не убьет Лолу, то окажется в затруднительном положении. Он не может просто уйти, не после того, как старуха порезала его женщину. Он назвал Миллу другом, но никто не поверит этому. Все, кто видел их, все, кто услышит об инциденте, подумают, что она его женщина. Он не может позволить никому порезать ее и уйти безнаказанным. Если он так поступит, люди подумают, что он совсем размяк. Они будут думать, что смогут избежать неприятностей при встрече с ним, избежать неприятностей, промышляя убийствами и распространением наркотиков, которые он помогал остановить. И только из-за того что они подумают так, пострадают невинные. Тогда ему придется убить даже больше людей, чтобы убедить их, что им все еще следует бояться его.
- Куда теперь? – Спросил он. – Обратно в офис или домой?
Звонивший заколебался, а затем робкий голос с испанским акцентом произнес:
- Что?
- Вы - единственный, кто ворвался.
Возможно, она пока не догадывается о его намерениях. Диас сдерживал себя, он не хотел ставить ее в неловкое положение и боялся спугнуть. Когда он поцеловал ее, ему захотелось большего: прикоснуться языком к ее языку, но он чувствовал, что она еще не готова к этому, поэтому поцелуй получился нежным и легким. Она еще сама не поняла, что она чувствовала, но Диас разбирался в реакциях и знал, что она реагировала на него. Милла слишком легко приняла его прикосновения, слишком легко прислонилась к нему сегодня, спрятав голову на его плече. Как женщина, она полностью реагировала на него.
Действительно, как? – Размышлял Диас, когда шел обратно через мост в Хуарес. Она была истинно женщиной. Она пыталась быть жесткой, и преуспела в этом, но ее инстинкты были полностью женскими. Ее спальня наводила на мысли о шелесте простыней, которые на ощупь были подобны атласу, горы подушек, мягкие коврики под ногами, и разнообразные безделушки из стекла свисающие с люстры. Ее ванная пахла конфетами и парфюмом.
- Ты закончила? – Спросил Диас.
Ему определенно что-то известно. И это что-то, должно быть, не очень хорошее, раз он предупредил её об осторожности.
- Это вызов?
Тру легко захлопнул дверцу её автомобиля, и отступил назад.
Потому что она подозревает, что он был тем негодяем, который похитил её ребенка. Милла воздержалась от замечания, прибегнув к собственному стакану с водой.
