— Да ладно! Реально не знаешь кто тебя словил?! Ха-ха вот ты офигеешь, когда нас до места назначения довезут! Ладно, ладно, шучу, — тут же рассмеялся он, услышав моё злобное сопение — Королевские шавки, они же подсосы гильдии героев, та же гильдия авантюристов только для мудочья, ну да про случившиеся со старой гильдией и так все знают, так что плевать. Короче, шавки эти работают на корону, можно назвать их поставщиком элитного мяса в ряды её армии, отлавливают бывших авантюристов что послабее или понеудачливее да просто способных ребят вроде меня, после чего тащат нас на продажу в специальные рабские отряды королевства, ну это те, которые самую жопу первыми отправляют. Вот в них нас с тобой и твоей подружкой видимо и занесёт, остаётся лишь молиться богам, чтобы командир нормальный был. Эх печаль, печаль.
Несмотря на весьма мрачное описание происходящего, той самой печали в голосе парня я особо не заметил, скорее задор и веселье, либо он что-то задумал, либо просто был неунывающим дураком. Хотя, кто из нас ещё больший дурак решить трудно.
Неуёмный попутчик продолжал о чём-то болтать, но это было уже настолько далеко от интересовавшей меня темы, что я просто предпочёл пропускать всё мимо ушей, когда он и вовсе перешёл на анекдоты и истории из жизни, я полностью потерял интерес. Поёрзав, я кое как подполз к Агнес и положил голову на её прохладное плечо, щёку обожгло холодом и почувствовал мерзотное ощущение от расползающихся под кожей белых нитей, но сейчас это было даже к лучшему помогало отвлечься от боли по всему телу. Спустя ещё некоторое время, я провалился в сон, может я так пытался убежать от проблем, а может просто пережитый стресс требовал разгрузки, не знаю, да и какая вообще разница? Главное, что во сне мне не больно.
Следующая неделя или около того пролетела, как в бреду, хотя нет, я и вправду бредил, в буквальном смысле этого слова: как только челюсть начала заживать у меня отнялось пол лица, меня бросало то в жар, то в холод, голову порой пронзали вспышки боли на пару мгновений приводящие меня в сознание, а ещё эта чесотка. О этот грёбаный зуд, когда зубы растут все разом, просто ужасен. Несмотря на то, что я приходил в себя всего несколько раз за день я буквально сходил с ума от зуда, я рычал и стучался головой о стену, завывал так, что все, кто ехал в нашей телеге забивались в угол от страха, их вроде было несколько, но не помню сколько и когда их привили. Только тот пацан, что первый встретил нас, ловил от происходящего кайф и ржал как конь, наблюдая за мной или мне это просто привиделось, кто бы знал.
Если я не выл от зуда и боли, то валялся в беспамятстве, и единственным моим спасением стала Агнес, она была островком прохлады и покоя в сковавшем меня жаре, она всегда была рядом, пусть беззвучно, но она меня поддерживала, я чувствовал это, знал, что я не один, если бы не это не знаю смог бы я вообще пережить эту неделю в тележке. Моя регенерация словно пыталась меня убить, казалось будто с каждой минутой мне только хуже.
В себя я пришёл только когда перестали расти зубы, челюсть ещё не зажила и периодически взрывалась болью, на несколько секунд выбивая меня из реальности, но остальное тело уже было почти в норме, разве что руки были словно отрезаны по локоть, ведь, пока я тут бредил, меня никто и не думал развязывать и кормить, так что затёкшие конечности и зверский голод не стали особым сюрпризом.
Оглядевшись по сторонам мутным взглядом, я обнаружил себя в окружении порядка десятка тел, все они старательно сторонились нас с Агнес, но это было не удивительно после моих метаний, судя по потряхиванию и качке нас сейчас куда-то везли, значит, сейчас, наверное, день. Попробовал пошевелить челюстью, учитывая то, что со мной творилось буквально несколько часов назад это было весьма опрометчивое решение, но я был просто обязан проверить возможность заговорить, увы, тут меня ждал облом, а жаль, потому что тогда я мог бы поговорить с Агнес, и она бы обязательно вытащила меня из телеги, а после разобралась с работорговцами.
Но так как реальность была сурова, я по-прежнему оставался в безвыходной ситуации, а от мысли о том, чтобы как-нибудь вправить челюсть ударив головой о стену повозки я сразу же отказался, быть может, приди мне подобное в первый день моего пленения, я не раздумывая попробовал бы, но после осознания серьёзного недостатка своих регенеративных способностей, я предпочту избегать столь радикальных методов лечения.
