Парная оказалась вполне привычного вида. Просторное помещение с небольшими оконцами с мутными стеклами, длинные лавки из светлого дерева вдоль стен в несколько рядов до самого потолка. В углу стояла печь, обложенная булыжником и две бочки с водой.
- Ступайте, барин, - поторопил меня банщик и указал на среднюю полку. – Посидите немного и попривыкнете к жару. Скоро я вас править стану.
- Да нечего толком править, - я пожал плечами, не зная, что ответить.
- Это вы так думаете. А я умею видеть то, чего другим не можно.
Тут я наконец заметил, что мужичок слеп на один глаз. Зрачок правого глаза был мутным, словно покрытый перламутровой краской. Поперек лица Луки проходил рубец, который когда-то мог стоить ему жизни. А сейчас потемнел от жара и выделялся на коже темной отметиной.
Я завороженно наблюдал, как мужчина выбирал из небольшой кадки, незамеченной мной ранее, длинные веточки. Он внимательно осматривал каждую из них и собирал словно букет в один веник.
- Эх, наконец кто-то накатит этому ведьмаку от души, - заявил Олег, входя в парную. – Хлещи его посильнее, Лука. Не жалей темного. Выбивай из него всю грязь и тьму. Чтобы стал чистеньким и светлым.
Мужчина недобро посмотрел на меня, а потом на своего хозяина. Тот не заметил этого и взобрался на полку.
- Темный значица, - словно невзначай уточнил банщик и выбросил из веника несколько выбранных ранее веточек. – И прямо тьма внутри?
- Вроде того, - нехотя ответил я.
- И много ее, тьмы этой, барин?
- Вымотался я, - признал неохотно. – И чуток растерял своей темноты.
- Ничего, барин. Это я поправлю, - мужчина улыбнулся, и я заметил ряд острых словно иглы зубов, которые тотчас сделались обычными человеческими. – Будете как новенький.
- Себя я травить не намерена, - криво усмехнулась хозяйка и сделала большой глоток, даже не поморщившись.
- Мы ненадолго, Любовь Федоровна, - дядя скрестил на груди руки. - Я просто хотел напомнить вам, что алчность - это великий грех.
Любовь Федоровна удивлённо подняла бровь и склонила голову к плечу.
– Не понимаю, о чем вы, мастер Морозов, - она сменила в мундштуке истлевшую папиросу и щелкнула пальцами, зажигая огонь.
– Моя контора вполне лояльно относится к вашим незаконным делам, - пояснил Морозов. - Организация игорных притонов по городу, подпольный тотализатор, девочки, ломбард, в котором скупают вещи, не обращая внимания на их легальность. Все это приносит вам хорошие деньги, Любовь Федоровна. Особенно учитывая, что с этого вы не платите налоги.
